ковровая дорожка, накидку с капюшоном и обмотан ядовито-желтым шарфом, чем очень
напоминал ящерицу или черепашку. Эдгар же, привлекая всеобщее внимание, изнывал от
жары в одной футболке.
- У нас вообще много имен, - улыбнулся он.
- Зачем?
- На все случаи жизни. Еще меня звали Казимир-Орландо. А еще тэгэм Эдгэр.
- А вы аппир или землянин?
- Землянин. Но живу на Пьелле.
- А что вы там делаете?
Эдгар задумался: действительно, что он там делает? Потом засмеялся.
- Всё!.. Хочешь мороженого, парень?
- Хочу, - Антик кротко опустил зеленые веки, - но мне нельзя.
- Почему нельзя?
- Завтра премьера.
- Ну и что?
- Я могу заболеть.
- Ерунда.
- Нет, правда. Сейчас так холодно. И ветер сильный.
Эдгар вытер платком вспотевший лоб.
- Холоднее некуда, - усмехнулся он, - лично я люблю с ликером. А ты?
- Ореховое с шоколадом, - окончательно смутившись, сказал юный талант.
Ореховое пошло хорошо. С ликером тоже. Дальше они отведали фруктового и икорного.
Икорное оказалось весьма специфичной гадостью. Его нужно было срочно заесть, и они
купили медовое с воздушной кукурузой. Потом запили горячим кофе с ликером. Потом
просто ликером.
- Мама советовала сводить вас в Музей Малых Форм, - осоловев от угощения,
пробормотал Антик, - или в Театр Света и Теней.
- Довольно высокого искусства, - поморщился Эдгар, - пошли лучше в зоопарк. Там
знаешь как интересно?
- Да? - тупо взглянул этот труженик сцены, - я никогда не был в зоопарке.
- Оно и видно.
В зоопарке было зверье со всей галактики. Разумеется, то, которое выносило здешние
тепличные условия. Мохнатые зоги-зоги с ледяной Веддеры обречено сидели в огромном
холодильнике и не знали, куда деться от жары. Граппи с альфы Змееносца ныряли в кипящем
бульоне, иногда высовывая довольные красные морды. Земные обезьянки прекрасно
чувствовали себя в тропическом саду. А лев скучал.
- Не кормят, наверно, - пошутил Эдгар.
- А что он ест? - вполне серьезно спросил Антик.
- Да уж не ваших лягушек.
- А мороженое он ест?
Мороженое лев есть не стал, оно сразу растеклось перед ним шоколадно-белой лужей.
- Может, с ликером надо было? - предположил мальчишка.
- Мне нравится ход твоих мыслей, - кивнул Эдгар.
Они направились в уличный буфет и купили еще по стаканчику. С ликером. Живот у
юного танцора уже прилично раздулся.
- А меня мама никогда сюда не водила, - грустно сказал он, - а тут так интересно...
- Я тебя еще в Посольский городок свожу на Стылых болотах, - усмехнулся Эдгар, -
покруче любого зоопарка.
- Здорово!
- 158 -
Вечером скандал разразился. Нервная Лауна отправила своего сына в горячую ванну и
набросилась на Эдгара.
- А если он заболеет! Ты что, с ума сошел?! Завтра премьера, ответственный день!
- Успокойся, ничего с ним не случится.
- Успокойся! Ты его еще и напоил!
- И протрезвеет.
- Ты ненормальный?
- Я как раз нормальный. У парня должно быть детство.
- Он давно уже не ребенок!
- Тем более, почему бы ему не выпить?
- Эд, я не знаю, как с тобой разговаривать!
- Прежде всего, спокойно.
- А я не могу спокойно!
Лауна схватила со стола кувшин и с яростью грохнула его об пол. Звон осколков ее
несколько остудил. Она схватилась за свои пылающие зеленые щечки. Эдгар насторожился:
что-то здесь было не так. Что-то мучило ее помимо обожравшегося мороженым сыночка.
- Лау, что случилось? - тихо спросил он.
- Ты испортишь ему премьеру, - заявила она.
- Ну и что? Подумаешь, премьера.
- Да что ты понимаешь!
- Ну, так объясни.
В ее комнате было тихо и уютно. Чем-то обстановка напоминала дачу: простая
деревянная мебель, половицы, окно в сад, вазы с цветами...
- Мой Антик талантлив, - заявила Лауна.
Эдгар уже вошел в нее, почувствовал ее боль и кое-что понял.
- Хочешь сказать, что он талантливее, чем дочери Иримис, - уточнил он.
- Да. Конечно!
- Сядь. Лау, успокойся.
- Как?!
Он потянул ее за руку и усадил рядом с собой.
- Послушай, милая: бесполезно соперничать с Иримисвээлой, тем более делать это с
помощью детей. Тут нет никакой связи. И потом... Коэм всё-таки твой муж.
- Да. Но любит он ее.
- Не говори ерунды. Я прекрасно помню ваш роман.
- Да ты ничего не знаешь! Он любил Аурис, он даже звал ее с собой на Вилиалу... А на
мне женился из жалости.
- Неправда, Лау. Это ее он звал с собой из жалости.
- Да она была копия этой стервы Иримис! А вкус у него с годами не меняется.
- Черт бы вас побрал, - проворчал Эдгар, - двадцать лет женаты и никак не можете
разобраться!
- А тебя это вообще, по-моему, не касается!
- Ошибаешься, - вздохнул Эдгар, - меня тут всё касается.
Среди ночи к нему в комнату кто-то заскребся. Эдгар сел, сонно мотая головой.
- Кто там?
- Эдвааль, - зашептал в приоткрытую дверь Антик, - я принес вам лягушку.
- Какую еще лягушку? - не понял он спросонья.
- Аэлеснакис. Но большую. Правда, не очень большую... но все-таки не маленькую.
- Поймал, значит?
- Да. Сачком.
- Что ж, ловко. А главное - вовремя, - Эдгар обречено зевнул и включил ночник, -
заноси.
Большая, размером с пивную кружку, буро-зеленая и порядком вонючая тварь висела в
сачке как в гамаке и лениво щурила свои выпуклые глазки. Кажется, ей было хорошо и
- 159 -
