– У собак прут на нос, – добавил Симон, – они слизывают их языком. Куда ты лезешь?! – возмутился солдат. – Дай, я сам!
Он попытался оттеснить Мартина и нечаянно наклонил кувшин. Вода вылилась на спину Картахены, потекла в штаны.
– Ох! – испугался инспектор, выпрямился и ударился головой о кувшин. Тот выскочил из рук Симона, оцарапал ухо Картахены, плюхнулся в лохань с грязной водой, забрызгал спереди контролера. Слуги растерялись, Луис де Молино захохотал. – Пес! – дрожащими от злости губами выговорил Картахена.
– Я дворянин, – напомнил Молино.
– Казначей выдерет тебя, наглец! – пообещал инспектор, размазывая мыло по лицу.
– Кто же будет защищать вас от португальца? – не обиделся Луис. Картахена с досады плюнул в лохань, уперся руками в края.
– Лейте воду! – приказал слугам.
Воды не было. Пользуясь тем, что инспектор ничего не видит, Симон выловил из помоев кувшин, тонкой струйкой полил ему на голову. Зажав нос, чтобы не засмеяться, Молино отвернулся. Картахена растер голову, промыл глаза.
– Принести холодной? – услужливо предложил Мартин.
– Пшел вон! – замахнулся контролер, но не ударил. – Эй ты, крестоносец, победитель мавров, давай полотенце!
– Так ведь Симон… – хотел сообщить Мартин.
– Что Симон? – угрожающе оборвал приятель.
– Мало вылил, – замялся слуга.
– Хватит, – поддержал Луис— Вы замучили сеньора капитана, – и протянул Картахене тряпку.
– Чего зубы скалишь? – без злобы спросил тот.
– Вы смелый человек, – Молино отпустил слуг— Я бы не отважился подставить голову болванам.
– Ты не доверяешь им? – насторожился Картахена.
– Я никому не верю, – беззаботно ответил Луис.
– Даже мне?
– Вы обещали высечь меня, – засмеялся Молино.
Легкий ветер раздувал мягкие волосы Картахены, солнце вспыхивало в золотистых прядях. Частым костяным гребешком контролер вычесывал голову, сдувал в реку паразитов. Белая рубашка пахла резкими духами. Бывший капитан «Сан-Антонио» блаженно созерцал серо-коричневую поверхность реки, изборожденную мелкими волнами. Чуть поодаль тянулся унылый берег, поросший кустарником и деревьями с подмытыми корнями. Птицы кружили над Параной, суетились на берегу у кромки воды. Большие и маленькие, белые и черные, украшенные цветами радуги и скромные однотонные – они одни встречали и провожали испанцев.
– Любуетесь природой? – поинтересовался Мендоса.
– Ищу пролив там, где его нет, – улыбнулся Картахена. – Португалец одурачил нас и теперь смеется, попивает вино в Монтевиди, а его родственник тащит «Викторию» на край света.
– Вы имеете право потребовать возвращения на «Сан-Антонио» или «Тринидад», – напомнил казначей.
– Бросьте… Какие права у подвластного человека?
– Здесь вы мой гость.
– Вы – честный офицер, без вашей помощи я бы сейчас сидел в кандалах на флагмане.
– Не преувеличивайте мои заслуги, – скромно потупил глаза грузный Мендоса в грязной провонявшей рубашке. – У вас много друзей. Особенно теперь, когда люди убедились, что Магеллан плохо знает Землю Святого Креста.
– Молино давно служит у Кесады? – спросил Картахена.
– Гаспар подобрал Луиса ребенком лет десять назад.
– Занятный малый.
– Веселый, – похвалил Мендоса. – Хитер и расчетлив.
– Нечист на руку?
– Пустяки. Обожает трактат Макиавелли об идеальном государе.
– Любит читать?
– Женщины нравятся ему больше книг. Вы можете положиться на него.
– Хорошо, я подумаю. Вы разговаривали с офицерами Серрана?
– Пробовал.
– Что они?
– Пока ничего определенного.
– Вы не выдали себя?
– Я осторожен.
– Слава Богу! – вздохнул Картахена. – Нам придется возвращаться под командование Магеллана.
– Да, и очень скоро, – поддержал казначей.
– Получили приказ?
– Баскито сообщил о намерении Серрана прекратить поиски пролива.
– Давно пора, – согласился инспектор, – даже неопытному человеку видно, что мы плывем по реке вглубь материка.
Вскоре берега тесно сошлись друг с другом, исчезли последние надежды найти пролив. Корабли повернули назад к Монтевиди. Они боролись со встречным ветром, однако плыли по ночам без опасения сесть на мель или наскочить на скалу. Индейцы по-прежнему избегали встреч, уходили в лес, сжигали хижины. Испанцы не обращали на них внимания, ибо проводники не требовались, а воевать ради десятка кур, никто не хотел. В трюмах имелись хорошие запасы продовольствия. Эскадра спешила на восток, где ее ожидала флотилия. Но не только желание встретиться с друзьями и отдохнуть в безопасном месте торопило моряков, а вдруг другим повезло, они обнаружили проход в Полуденное море?
Трудно расстаться с заблуждениями, поверить в ошибку лучших людей эпохи, оспаривавших право первыми пересечь континент. Возможно, у капитан-генерала есть сюрприз, еще одна секретная карта? Трудно понять, что придется начинать все сначала и от них зависит, найдут ли пролив. Опытные члены команд почувствовали: серьезная работа только начинается, потребуется много сил и времени на осмотр берегов, исследование заливов и рек, бесконечных промеров глубин, астрономических наблюдений.
