Даулет хлюпал ботинками по скользкой жиже и злился. Злился на себя и на весь мир, оттого что не мог решить главную задачу: боялся к ней подступиться. Не хотел вспоминать, как Шарипов дал ему прочитать признательные показания Аскара. Даулет узнал его почерк, а по аккуратному наклону понял, что тот писал под диктовку. Писал о том, как Даулет убивал Каната, а сам Аскар якобы стоял на шухере. Дед посоветовал не держать зла:
– Не злись на него. Не всегда надо верить своим глазам, иногда стоит доверять сердцу.
Значит, Аскара заставили написать на него, возможно, били и издевались. Даулет поклялся себе не вспоминать об этом, не подавать виду, что вообще знает об этом доносе. Ведь и он кое-что скрывал от Аскара. Да и дед просил его не распространяться.
– Ни к чему это. Никому не надо знать, что ты просто так просидел месяц в камере. Если что, тебя без конца допрашивали, выпытывали подробности той ночи, когда убили Каната. Добивались признательных показаний.
Даулет целый месяц просидел в СИЗО, в одиночной камере. Пока шла операция по выявлению ОПГ в деле о наркотрафике. Пока не нашли настоящего убийцу Каны. По утрам взгляд Даулета упирался в бетонный потолок с металлической балкой. Ему потом долго снился этот потолок, кишащий непонятными мерзкими существами. Иногда, в дни запоев, он боялся открыть глаза и увидеть бетонный потолок с хвостатой тварью, ползущей по перекладине.
Долгий, промозглый февраль. Месяц неопределенности и надежды. Самый коварный месяц в степи. Страшный джут может настигнуть степняка незадолго до наступления весны. Стоит снегу подтаять раньше времени, может ударить мороз, сковав землю льдом. Лишить скот возможности к передвижению и доступа к пропитанию. Ранняя весна может привести к разрушительным паводкам и подтоплениям. Постепенный, ровный переход к теплу в феврале происходит редко. Февраль, словно предчувствующий смерть тиран, любит показать напоследок свой кровожадный нрав.
Предположим, дед прав. Тут счет равный, они с Аскаром обманули друг друга.
Даулет загнал отару под небольшой каменный отвес. Поначалу животные громко блеяли и толкались, но вскоре разлеглись и прижались друг к другу. Даулет хотел присоединиться к ним, но было слишком тесно и он отправился искать другое место, откуда будет видно отару и где можно развести костер. Он пару раз обошел холм, посветил фонариком и разглядел поблизости мазар. Даулет обрадовался: когда-то они с Аскаром спаслись в таком же от бурана, когда искали корову Сагынтая. Конечно, тряслись от страха, но выбора особо не было: или замерзнуть, или переночевать на могиле.
В ту далекую ночь Даулет в полудреме видел свой первый сон-аян. Аруак из могилы, старик с белой бородой, привиделся ему на рассвете. Наказал просыпаться и, не теряя ни минуты, двигаться прямо на восток, и как можно быстрее. Даулет еле-еле растолкал Аскара и уговорил идти. Они спаслись, и даже корову Сагынтая нашли целой и невредимой. Когда Даулет рассказал об этом случае деду, тот не удивился:
– Не надо бояться могил, это пристанище аруаков. Аруаки – наши помощники. Живые гораздо опаснее.
Даулет собрал в кучу сухую сорную траву, стебли полыни и ветки кустарников. Устроился с подветренной стороны мазара и развел костер: с этого места он хорошо видел отару. Хотелось есть. Даулет вынул из кармана сверток с куртом, развернул и достал кусочек, остальное положил обратно. За несколько месяцев в степи Даулет привык справляться с голодом. Надо постараться отвлечься, а если не получается, пососать кусочек курта и запить водой. За свою жизнь Даулет встречал много людей, намеренно отказывающихся от еды. Женщины на всевозможных диетах, практикующие йоги, люди, голодающие для здоровья. К этой же группе он относил постящихся. Занимаясь срочными проектами на работе, Даулет заметил, что голод делает ум острее. Если не прерываться на обед, можно успеть гораздо больше. И напротив, стоило только пообедать, как организм настойчиво требовал сна или развлечений.
Даулет проснулся на рассвете от холода. Дождь за ночь превратился в снег, единственным грязным пятном на белом просторе выделялась отара. Даулет обошел мазар, но не обнаружил таблички. Могила не старая, но почему она далеко от населенного пункта? Может, рядом поселок? Даулет побродил по округе и заметил дорогу. Неужели он ушел так далеко? Скорее всего, это село, откуда родом Нуржан, Димон и Степаныч.
