его лице, которое в отличие от глаз бесстрастно, даже, можно сказать, недовольное. Ему не нравится, что я
пялюсь на него, как полная дура? Или же он понял все, что я чувствую?
— Прости, у тебя глаза красивые, я это когда-то
говорила. Засмотрелась в них, мне даже показалось, что эта твоя цветная радужка, как живая двигается.
Словно вселенная, знаешь? Такая же манящая к себе
неизвестностью и удивительная, когда ты изучаешь
её. Наверное, на солнце вспышки. Сегодня, вообще, день тёплый для начала апреля. Я так хочу лето, позагорать. Хотя вот ты загорел где-то, летал на
острова или ещё куда-то? Ты какой отдых
предпочитаешь: активный или пассивный? Я по-
разному, но люблю плавать. Лечь на воду и лежать, так и загорается отлично, — я настолько быстро
выпаливаю слова, что воздуха не хватает, и я уже
задыхаюсь, пытаясь отдышаться.
Ник жмурится и его руки сильнее обхватывают мою
талию, притягивая к себе. Он начинает хохотать в моё
плечо, пока я густо краснею за свою нервозность. Вот
и отличилась, вот и насладилась этим днём.
Выставила себя полной свихнувшейся дурой.
— Ну, прекрати, — шепчу я, пожимая губы и пытаясь
оттолкнуть его, но Ник не даёт мне этого, поднимая
голову и продолжая улыбаться.
Мне нравится, когда он такой. Эти мимические
морщинки у глаз, вообще, его лицо полностью
преображается, когда он счастлив.
— Скажи, я тебе так сильно нравлюсь? — он
неожиданно становится серьёзным, и я отвожу взгляд
от его лица, переводя его на воду.
— Если бы ты мне не нравился, то меня бы тут не
было. И я бы не стала ругаться со своей семьёй, защищая тебя и отстаивая своё желание быть рядом с
тобой, — несколько резко отвечаю я, потому что
обида, кольнувшая меня, не дала разумно повести
себя. Как он может не видеть, что он мне не только
сильно нравится, я люблю его?!
Все ещё находясь под властью этой гремучей смеси, я
сбрасываю его руки с себя и облокачиваюсь ими о
перила, смотря перед собой. Мы молчим, я украдкой
бросаю взгляд на него, замечая, что он нахмурился и о
чем-то сосредоточенно думает.
— Ник, — я вздыхаю и поворачиваюсь к нему, чтобы
не портить этот день.
— Скажи мне ещё кое-что. Если бы я был самым
ужасным человеком на планете, самым жестоким
и...самым непостоянным, ты бы тоже тут стояла? — он, не поворачиваясь, задаёт вопрос, на который я
удивляюсь.
— Непостоянным? Это значит, что ты спишь сейчас не
только со мной? — возмущаюсь я, когда до меня
доходит смысл его слов.
— Нет, нет, ты не поняла меня. Трахаюсь я только с
тобой. Непостоянным в плане мыслей, нелогичным в
плане поступков, постоянно совершающим нелепые и
грубые ошибки, — он поднимает голову и я вижу
насколько ему важен мой ответ.
— Мысли у всех имеют свойства меняться в
зависимости от ситуации, знаний и возраста. Это
нормально. Нелогичные поступки — это самое
распространённое у человечества. Поэтому тоже
норма. И каждый человек совершает ошибки, главное, признать их и попытаться исправить. Если человек не
хочет исправлять их, выходит, что он только болтун. А
на самом деле ему плевать на последствия этих
ошибок. Думаю, эти качества есть в любом мужчине, в
ком-то больше, в ком-то меньше. И да, мой ответ — да. Я была бы тут, даже если бы у тебя их было с
переизбытком, — отвечаю я, и слышу его тяжёлый и
одновременно облегчённый вздох.
— А что-то случилось? — спрашиваю я.
— Нет, теперь уже это неважно. Я оступился, но
сейчас понял, как мне поступить дальше. Ясно понял, спасибо, крошка. И мы уже подплываем, сегодня ты
мой гид, — Ник улыбается, подхватывая сумку с
фотоаппаратом и вешает на плечо, беря меня за руку
и таща к выходу.
Странное ощущение внутри не даёт мне насладиться
тёплым днём и Ником, чувствующим себя не в своей
тарелке, когда я прошу его встать к солнцу, или же
облокотиться о дерево. Я знаю, что это он делает для
меня, ради меня. Но все же...я не могу понять, кто
подшёптывает мне, что грядёт тяжёлое время. Именно
для меня тяжёлое, ведь сейчас мы так счастливы. Мы
влюблены, как бы от этого ни отрицал, и как бы я ни
боялась ему об этом сказать. Но мы ведём себя так, я
как глупая дурочка, а он...он ещё более сдержан, чем
раньше, но резкие перепады настроения, вроде
быстрого поцелуя в щеку при просмотре кадров, или
же его объятия, они говорят о том, что ему хорошо, как
и мне. Так что не так? Кто вселил в меня страх, от
которого я не могу избавиться?
— Ну, Ник, пожалуйста, и обещаю, мы поедем в город
ужинать, — я выпячиваю нижнюю губу, с мольбой
смотря на него.
— Нет, Мишель, нет...
— Пожалуйста, одно фото со мной. Что тебе стоит? Я
обещаю, что оставлю тебе его, если ты не разрешишь
мне переслать его себе. Пожалуйста, Ник, я хочу
запомнить это время таким. Тебя запомнить таким, я
ни разу не слышала, чтобы ты так много смеялся за
три часа, как над моими попытками залезть на дерево.
Подари мне это, прошу тебя, — мне кажется, в каждое
слово я вкладываю столько любви, и она достигает
его. Он закрывает глаза и качает головой.
— Хорошо, одно фото. Ты и я, — предостерегает он
меня от дальнейших просьб и я как болванчик киваю, подскакивая к нему, и чмокая его в щеку.
— Спасибо, сейчас, — я меняю на портретную съёмку
и поворачиваю объектив к нам.
