Покрутившись в кровати, я встала и выглянула в окно. Здесь было светлее, чем в столице. Снег отражал лунный свет, и на белом фоне было особенно хорошо видно выскользнувшую из дома крылатую тень.
Беззаботное настроение улетучилось. В голову сразу полезли слова Бирты о том, что в столице Дельфорс снова сошёлся со своей невестой. Я с силой задёрнула занавески, злясь сначала на него, потом на себя за то, что вообще думаю о нём.
Завтрак тоже прошёл в одиночестве. Ожидая, пока Стейнар появится после ночной отлучки, я успела осмотреть весь дом, изучить коллекцию книг в библиотеке и даже дерзко прогуляться вокруг озера в одиночестве. В холле меня встретила одна из служанок.
— Кьяра Линнея, хозяин искал вас.
Я заспешила наверх, на ходу снимая перчатки. Стейнар нашёлся в своём кабинете.
— Нужна моя помощь?
Дракон разглядывал какие-то бумаги с магическими схемами, сидя за столом. Он заговорил, даже не подняв на меня взгляд.
— Нет. Я уеду на четыре дня, Нея. Появились дела в столице. Ты остаёшься здесь и не высовываешь нос за ворота.
Я рухнула в кресло напротив него, гоня прочь раздражение. Какое мне дело до его личной жизни? Никакого, надо подумать о своей.
— И что мне здесь делать?
Стейнар строго взглянул на меня, наконец оторвавшись от своих дел.
— Я не возьму тебя в Вестервиг, это небезопасно.
— Я и не настаиваю! Просто… Домашними делами занимаются слуги, ездить в гости нельзя, работать я могу только с тобой… Что мне делать?
Дельфорс неожиданно мягко улыбнулся, поднялся из кресла и взял мою руку, увлекая за собой.
— Я понял. Не любишь бездельничать, да?
На душе стало тепло. Хоть в чём-то мы друг друга понимаем.
Стейнар привёл меня в большую гостиную на первом этаже, остановил у входа и обвёл помещение рукой.
— Что видишь?
Я обвела взглядом обстановку. Всё исключительно неярких природных цветов: серый, белый, коричневый. Огромный каменный камин с драконьими головами, мягкий диван, кресла и ковры.
— Комнату?
— Комнату, в которой через несколько дней будут отмечать Мидвинтер.
— А! — в голове как будто вспыхнул свет. — Ты хочешь, чтобы я украсила её?
— Именно. На праздник приедет бабушка. Нужно, чтобы на этот раз в Блэкингарде её встретил домашний уют.
— Отлично! — фантазия сразу заработала на полную. — Вот здесь поставим ёлку, да? А сюда можно повесить гирлянды. У тебя есть гирлянды?
Беззвучно смеясь, довольный Стейнар отступил на шаг.
— Тебе предоставят всё, что нужно. Не скучай, Нея. Четыре дня пройдут незаметно.
Я сразу погрустнела. Четыре дня? Да я в этой стране всего четыре дня.
— С тобой же ничего не случится?
Дракон сперва поморщился. Потом неожиданно шагнул вперёд, легко обнимая меня.
— Всё будет хорошо, птичка.
От неожиданности я замерла, дожидаясь, пока меня выпустят. К счастью, это произошло раньше, чем аромат чёрного перца начал кружить мне голову.
— Что это было? — спросила я шёпотом.
— Скоро приедут родственники, — тихо ответил Стейнар. — Нам надо привыкнуть друг к другу, чтобы выглядеть естественно.
Он вышел из гостиной, а я потёрла лоб, пытаясь собраться с мыслями. Кажется, я уже немного привыкла. Или наоборот, слишком сильно?
По распоряжению хозяина слуги предоставили мне весь арсенал украшений, что был в доме. До позднего вечера я разбирала диковинные шары из тонкого стекла, позолоченные фигурки из блестящего металла и гирлянды кристаллов. Примерялась, прикидывала, как будет лучше. А наутро сразу после завтрака мерила гостиную шагами как полководец перед сражением, ожидая, когда слуги принесут ёлку.
Наконец пушистое деревце установили подальше от камина, и я набросилась на него с отрядом служанок. Игрушки вешались и перевешивались, гирлянды расползались по комнате, повисали так и эдак, но мне всё не нравилось. Нет, было красиво, не хуже, чем я видела в Вестервиге, но чего-то не хватало.
Утром меня подбросило в постели от гениальной мысли. Ну конечно! Во всей этой купленной столичной красоте не было ни капли домашнего уюта. Значит, надо его создавать. И не в одной комнате, а во всём доме!
Половина украшений из гостиной немедленно была разобрана на небольшие композиции и отправлена вместе с еловыми веточками в каждую комнату дома. На входной двери появился большой праздничный венок, в окнах — подсвечники с белыми свечами. Сияющие гирлянды переплелись с веточками вечнозелёного кустарника.
Для гостиной я сделала традиционные ингельсандские украшения. Над входом на привязанных к ветке ниточках колебались от каждого движения воздуха снежинки-цветы из тонкой, почти прозрачной бумаги, которую не без сложностей изъяли у повара. Ещё одна такая снежинка, а точнее, как её называли у нас, северная звезда, была подвешена у окна. Вечером, когда лучи закатного солнца проходили сквозь слои бумаги, она словно по-настоящему загоралась.
Последний день длился мучительно медленно. Дом был украшен, все дела сделаны, дорожка вокруг дома и озера утоптана ещё с утра. Обед миновал, а до ужина было ещё далеко, когда ко мне постучалась одна из служанок. В руках у неё был поднос. На подносе чай и блюдце с горкой белых шариков размером на один укус.
