Философия Свободы - это всегда философия Преступника. Моралисты разделили противоположными понятиями то, что целостно по своей сути, -потенциал человеческого духа, каждый момент реализации которого есть акт, не поддающийся никакому определению стороннего наблюдателя. Осуществление человеком своей свободы, превращение её возможности в бытиё - это воскресение себя в Боге. Человек запуган Системой, её институтами. Страх быть объявленным плохим, асоциальным, аморальным парализовал все его способности к самоосуществлению. Реализуется лишь то, что дозволено, что не рискует навлечь осуждения таких же малодушных. Каждый сомневающийся в своём праве на абсолютное самоосуществление предаёт себя. «Наши всегда различные и переменчивые действия не имеют почти никакого отношения к твёрдо установленным и застывшим законам. Природа всегда рождает законы гораздо более справедливые, чем те, которые придумываем мы» (Монтень). Во втором веке римский юрист и государственный деятель Нераций написал: «Нам следует избегать исследования разумных оснований наших институтов, чтобы их определённость не была утрачена и они не разрушились». Избегают и поныне, а тех, кто брался исследовать, объявляли еретиками и преступниками. «Грешат» все, но сознательно делают это лишь единицы. Осознанные действия приводят к неспособности быть ложным. Сознательная «греховность» воспитывает отвращение к притворству. Преступник - это профессиональный грешник, любовь к свободе - самый большой грех его. Законопослушный - это цензор себя и других. Чем больше он запретил в себе, чем больше он боится - тем обширнее его цензура по отношению к другим. Утративший страх не занимается цензурой других. Возможно, что мне удастся сделать из себя очень немногое, но это немногое - всё, и оно лучше того, что я даю сделать из себя другим путём насилия надо мной, посредством дрессировки обычая, религии, закона, государства и т.д.» (Штирнер). Мало у кого есть смелость признать, что государственная система абсолютно несовместима с индивидуальной свободой. Не бунтующая воля, смирившаяся и застывшая в пассивной позе покорности, пусть не смеет произносить «свобода». «Равные права» - это ложь, ибо
неосуществимо; равные права - это миф. Которым живёт слабый, не смеющий осуществить своё право. На что я имею право - я решаю сам и в этом деле совесть моя лучший помощник, чем все законы мира. Смешно наблюдать, как терпящий насилие Системы неистово возмущается по поводу малейшего посягательства на его «свободу» Преступником. Такое выборочное отстаивание себя - идеал малодушного лицемерия. Подчиняться законодательным актам, к созданию которых не имеешь никакого отношения?.. Смешно. Толпа внимательно следит за тем, кто из чувства собственной силы не желает делить свою ответственность с первым встречным и находит «законные» основания привлечь силу одиночки к ответу перед своей слабостью. В каждом человеке есть неосознанное знание себя. Следуя общепринятым правилам и законам, универсальным «истинам», проявить это знание невозможно. Смелость быть всем и безграничное свободное творчество духа, экспериментирующего, создающего и изобретающего делают возможным самооткрытие, делают жизнь жизнью. Позволить себе всё, предоставив своей совести решать самой, без подсказок и принуждений, задействовать её на полную мощность. Всё другое есть избегание себя. Дай всему, что есть в тебе, испытать себя в свободной конкуренции. То, что победит, и есть твоя подлинная сущность. Не позволяй судьям извне присуждать досрочную победу чему-либо в тебе. И пусть один выбор не исключает возможности другого. Человек меняется, сегодня он один, а через 5-10 лет от его сегодняшнего не останется и следа. Совершивший деяние сегодня и несущий за него наказание завтра могут оказаться совсем разными людьми. Наказывающие и осуждающие, перед вами воистину стоит невыполнима задача. Впрочем, не стоит, не обращайте внимания, не отвлекайтесь от своего праведного призвания. «Деятельность государства заключается в насилии, своё насилие оно называет «правом», насилие же каждой личности - «преступлением». Следовательно, преступлением называется насилие единичного лица и только преступлением сокрушает он насилие государства, если он того мнения, что не государство 273
