Людям внушили, что все беды от неисполнения гражданских обязанностей, в неполном отказе от естественных прав в пользу Системы. «И поведение человека, который сочетает гнусную жизнь с благочестием, кажется мне гораздо более достойным осуждения, чем поведение человека, верного себе во всем, и всегда и одинаково порочного. Поистине чудовищной должна быть совесть, которая остается невозмутимой, давая приют под одной кровлей в столь согласном и мирном сообществе и преступнику, и судье!» (М. Монтень). Прав тот, кто уверен в том, что он прав. Уверенность в правоте - это чувство, вызванное действием внутреннего божественного закона, императива. Прав тот, кто Может быть правым и тот, кто Смеет быть правым. Речь идет о абсолютной уверенности в себе не обманывающего себя человека. Это уверенность твердо решившего быть мерой вещей в мире относительности. Претендующих на правоту много, обоснованность или необоснованность этих претензий определяется отсутствием или наличием сомнений в собственном Могу. Часто преступление есть действие человека, уставшего от ложности своего положения, так он выражает свой протест против фальшивой жизни. «Вы говорите что-то, но вы чувствуете что-то другое. Вы, на самом деле, хотели сказать совершенно противоположное, но если бы вы говорили то, что хотели, вы оказались бы непригодными к этой жизни - потому что все общество фальшиво, а в фальшивом обществе могут существовать лишь фальшивые люди. Чем больше вы приспособлены к обществу, тем более вы фальшивы, потому что если вы хотите быть настоящими, вы почувствуете себя неприспособленными. Вот почему практикуется отречение от общества - из-за того, что оно фальшиво. Потому что в фальшивом обществе нельзя быть истинным» (Ошо). Абсолютный Преступник - это стремление быть настоящим. Он осуществляет свою истинность в Свободе.
* * *
В теленовостях показали сюжет о молодой маме, умирающей в страшных муках. Злокачественную опухоль у нее обнаружили на стадии, когда необходимо специальное лечение, которые могут предоставить только зарубежные клиники. Больную начали лечить в институте рака, несмотря на огромную сумму денег, потраченную родными больной, ее состояние лишь ухудшилось. Заподозрив неладное, отчаявшиеся мать и супруг больной обратились в средства массовой информации с просьбой провести расследование. Один из врачей института рака поведал журналистам, во что трудно и не хочется верить. Оказывается, существует и процветает бизнес на тяжелобольных людях и на горе их близких, и этот бизнес создан теми, кто обязан спасать, теми, на кого последняя надежда, - врачами, чиновниками, министерства здравоохранения и изготовителями мед. препаратов. Врач поведал, что в нашем случае больной прописывали дорогие препараты, зная, что они ей уже не помогут и целью «лечения» было получение процента от стоимости прописанного. Оказывается, получение так называемых откатов врачами от реализаторов и производителей медикаментов есть обычная практика. По-моему, в умышленном убийстве человека меньше низости, чем в подобном «лечении». Вот только за умышленное убийство получишь 15 лет, а за такое «лечение» - деньги и почет. Так обстоят дела в Системе.
«Предо мной ни какое-нибудь единичное злодеяние, не три и не сотня, предо мной повсеместно распространенные, находящие всеобщее одобрение нравы, настолько чудовищные по своей бесчеловечности и в особенности бесчестности, - а для меня это наихудший из всех пороков, - что я не могу думать о них без содрогания.» (Монтень).
Благопристойность конвоирует человека по этапу жизни. «Шаг влево, шаг вправо, стреляю осуждением толпы», - предупреждает она своего арестанта. Много сдавшихся ей в плен, в решающей битве за территорию себя, и еще больше сдаются и вовсе без борьбы. «Граждане военнопленные, не создавайте столько шума кандалами вашего духа», - раздраженно говорит свободный. Только ему слышен этот шум, только его раздражает их патологическое желание выглядеть хорошими. Чтобы не приняли за своего, ему пришлось быть Плохим, чтобы не возненавидеть себя, ему пришлось быть Преступником. Его ошибки - это неизбежные последствия неустанных проб. Он берет пробы неизведанной сути и скважины его самые глубокие. Он ведет добычу себя, не отвлекаясь на чьи-то единственно правильные решения. Свое право на ошибку ему нужно исчерпать полностью. У него есть обязанность творить добро, у него есть право совершать зло. Обязанностей становится так много, что не остается времени на осуществление права. Он реален и, как все реальное, не зависит от чьих-то суждений. Его несовершенство - это чье-то ложное представление о совершенстве. Сказано, что ум подобно мосту соединяет дух и материю. Кажется мне, что ум лишь перило этого моста, идем же мы по чувству; не держась за перила идут немногие. Нормальные, имейте смелость помнить, что возможность мнить себя таковыми предоставлена вам чьей-то «патологией».
