другому. Это противоположно утверждению, что Бог проявляется в соответствии с подготовленностью раба. Но это не так: раб является Богу в мере той формы, в которой ему проявляется Бог 31.
Решение же данного вопроса состоит в том, что у Бога — два
проявления: проявление [м.ира] скрытого и проявление [мира]
свидетельствуемого. Из проявления мира скрытого обеспечивает
Он ту подготовленность, которой характеризуется сердце, а он.ч
(подготовленность) есть самоявление [сердца], интеллигибельной сущностью которого является мир скрытого, она — та индивидуальная сущность, которая полагается ему (сердцу) в силу речения о самом себе: «оно». И «оно» не перестает быть ему
(сердцу) присущим всегда и вечно. И если ему, т. е. сердцу, будет дана эта подготовленность, ему в свидетельствовании
проявится свидетельствуемое проявление. Тогда оно увидит Его, и Он появится в той форме, в которой Он, как мы упомянули, ему проявился.
Он, Всевышний, обеспечил ему (сердцу) подготовленность
речением Своим: «Дал каждой вещи ее строй»32; затем устранил Он завесу между Собой и рабом Своим, и он увидел Его в
форме своего исповедания (му’такад)), ибо Он — воплощенная
сущность его исповедания. И сердце и глаз видят всегда лишь
форму исповедываемого им (рабом) мнения о Боге. Форму
именно того Бога, который в исповедуемом, вместило сердце, и
именно Он проявляется ему, и Его оно узнает. Глаз видит лишь
Бога исповедуемого (ал-хакк. ал-и’тикадий). Многообразие же
исповеданий очевидно, и тот, кто связывает Его, отрицает Его
в том, с чем он Его не связывает, и утверждает Его
в том, с чем он Его связывает, если Он проявляется. Тот же, кто освобождает Его от связывания, не отрицает Его, а утверждает Его во всякой форме, в которую Он переходит, являя
ему Самого Себя в мере той формы, в которой Он ему проявился, и так до бесконечности, ибо формы проявления [Богап не
имеют предела, за которым закончились бы. Так же и знание о
Боге не имеет для знающего предельной черты, у которой он
остановился бы; напротив, знающий всегда требует большего
зна.ния о Нем: «Господь мой, умножь мои знания, Господь мой, умножь мои знания, Господь мой, умножь мои знания». Итак, процесс этот беспределен для обеих сторон.
Сие верно, если ты говоришь о Боге и Творении. Если же
ты обратишь внимание на речение Его: «Я семь нога его, коей
он ступает, и рука его, коей он взыскивает, и язык его, коим он
глаголет» 33, а также прочие силы, и на место их, а оно — место
органов [тела], то не будешь различать [Бога и Творение], я
скажешь, что миропорядок есть целиком Бог или целиком Тво-
98
рение, ибо он (миропорядок) — Творение в [одном] отношении, он же-—Бог в [другом] отношении, суть же едина. Ведь воплощенная сущность формы, в которой Он проявился, есть воплощенная сущность формы того, кто принял сие проявление; итак, Он и проявляющийся, и тот, кому проявляются. Узрей же, сколь
удивительно прекрасен Бог в Своей индивидуальной сущности
и в сопряженности Своей с миром в интеллигибельных сущностях Славных Имен Своих.
И лишь едина суть,
И свет Его сути — тьма Его.
Кто сего не замечает,
В душе своей найдет печаль лишь.
Сказанное нам познает
Лишь раб, наделенный стараньем.
«В этом — назидание тому, у кого есть сердце»34, в силу
переменчивости35 Его в многообразии форм и атрибутов. Он
(Бог) не сказал: «Тому, у кого есть разум», ибо разум фиксирует, ограничивая некий вопрос рамками одного определения, в то время как интеллигибельная сущность не приемлет подобного ограничения. А потому сие — не назидание для обладающих разумом, которые исповедуют различное, опровергая и
проклиная друг друга и не имея тех, кто искал бы для них торжества. Ведь бог одного из них не властен над богом другого: исповедующий защищает то, что он исповедует в своем боге, и
ищет торжества его, другой же в своем исповедании торжества
ему не ищет, а потому лишен воздействия на исповедуемое
противником его. Точно так же и противнику не будет поддержки в поиске торжества со стороны его бога, которого он исповедует. Итак, не г у них тех, кто искал бы для них торжества, ибо
Бог не наделил им богов исповеданий из-за отъедикенности
каждого из исповедующих; торжествующий же — понятие собирательное, и ищущий торжества — понятие собирательное.
Бог для знающего-—это познанное, такое, что не может
быть неизвестным и неузнанным. Люди, познавшие в этом мире, таковы же и в мире потустороннем. А потому сказал Он: «3
этом — назидание тому, у кого есть сердце», и кто познал переменчивость Бога в формах вследствие постоянного изменения
образов. Так из души своей познал он душу свою36, а душа
его не является чуждой индивидуальной сущности Бога; да и
никакая вещь в мироздании, сущая и существующая, не чужда
индивидуальной сущности Бога, а является воплощенной сущностью этой индивидуальной сущности. Она (вещь) — знающая, ведающая и утвержденная в данной форме, и она же не является ни знающей, ни ведающей. Таков удел познавшего Бога из
проявления и свидетельствования в воплощенной сущности
совокупности, этот удел — речение Его «тому, у кого есть сердце», многообразное в своем изменении.
