Меня поражает разница во мнениях о реформе – не только в отношении ее масштаба и точного содержания, но и в отношении главной цели и главной причины ее проведения. Мы все согласны: реформа нужна для того, чтобы в выборах в палату общин участвовала бóльшая, чем теперь, доля народонаселения страны и каждый депутат представлял более или менее равное количество избирателей. Никто не спорит, что имущественный ценз в пятьдесят фунтов слишком высок для графств, а существование округов, где меньше двух сотен избирателей, несправедливо. Однако, мне кажется, лишь немногие из нас понимают или по крайней мере признают истинные причины, почему это необходимо изменить – и изменить без промедления. Один большой авторитет недавно заявил, что единственной целью избирательного законодательства должно быть создание парламента из 658 наиболее достойных депутатов. Я бы сказал, что эта идея отвратительна, если бы она не была также неопределенной до полной неосуществимости. Кто может сказать, что есть «наиболее достойный» и какие именно качества являются достоинствами для депутата? Если этот джентльмен имеет в виду превосходство в мудрости или в искусстве управления государством, в красноречии, в личных качествах или даже в патриотизме, то я отвечу, что он совершенно не прав и не имеет ни малейшего понятия об истинной природе представительства. В парламенте существует только одно достоинство – это достоинство соотносимости. Как портрет схож с оригиналом, так и представительный орган должен быть схож с народом, который его избрал. Думается мне, это единственное, что мы должны учитывать, реформируя законы о выборах. Если страна не готова к тому, чтобы ею управлял представительный орган (и, возможно, на свете еще существуют народы, которые пока не могут должным образом воспользоваться этим величайшим благом), вопрос о наилучшем государственном устройстве в таком случае следует рассматривать отдельно. Но если представительный орган существует, то пусть он будет похож на народ, который представляет, со всеми его добродетелями и пороками.
