Флегморий - Красная полностью

Через миг мужчина сполз со стола, прижимая окровавленную кисть к груди, и пробормотал нечто невнятное про «мудил», «возврат денег» и «говняный сервис», но Глеб уже не слушал, целиком переключив внимание на детектива.

— Чип, — произнёс Дровосек, протягивая руку.

Волков кивнул и передал микросхему. Затем послышался лёгкий скрип двери, и Охотник, пропустив недовольного клиента, вошёл в помещение. Меча при нём не было — деактивировал после того, как они покинули здание морга.

— Закрыто, — Жмакин дёрнул бровью и покосился на Стукова.

— Он со мной, — сказал Александр, бросив мимолётный взор на сумку, болтающуюся на плече Алексея.

Глеб тут же принюхался и выпучил глаза в явном раздражении. Запашок разнёсся по клинике, подобно удушающей гари. Гнилостный, тяжёлый, с примесью чего-то предельно отвратного.

— Это от твоего дружка так воняет? — Дровосек сморщился и смерил Охотника взглядом.

Стуков не ответил. Лишь вытащил из сумки мешочек, выпуская в помещение новый виток едкого смрада.

— Пусть полежат так, — спокойно заговорил Алексей. — Чтобы не завонялось внутри.

Уголки губ Жмакина прогнулись вниз под напором «амбре», а брови внезапно приподнялись, когда Охотник приоткрыл вместилище. Там находились головы — сводницы с раздавленным черепом и половиной здоровенной нижней челюсти, а также наркомана с глазами, давно вылезшими из глазниц и прилипшими к верхним векам.

Глеб, привыкший к виду крови и кишок, в недоумении уставился на детектива:

— Так… Пока я не выясню, что за херня тут происходит, ничего не сделаю и не шелохнусь… Это понятно?

Волков вздохнул и начал рассказывать. Слова падали в тишину клиники, как камни в болото — тяжело, с булькающими отзвуками. С каждой новой фразой веки Дровосека ширились до неприличия, ведь он слушал о живых трупах в морге и о городе, который имел все шансы стать кладбищем. Потом речь зашла про Тленника… И за Катю. Стоило Александру закончить и Жмакин отрицательно покачал головой.

— Да не… Ты не можешь нести такой бред с серьёзным лицом, — Глеб сверлил детектива взглядом, будто пытаясь вскрыть его черепную коробку и вытянуть оттуда правду.

И тогда Алексей исчез. Не шагнул в сторону и не отпрыгнул — просто растворился в воздухе, словно никогда там и не стоял, а через секунду материализовался прямо перед Дровосеком. Так близко, что их носы почти соприкоснулись.

— БЛЯТЬ! — завопил Жмакин, чуть не выронил чип наркомана и отскочил назад, ударившись спиной о стену и зацепив стол. Инструменты с грохотом посыпались на пол. — ЧЁ ЗА ХУЙНЯ?!

Волков тоже удивился, но более сдержано — из-за всего ранее увиденного. Его глаза неотрывно смотрели в метавшиеся зрачки Глеба.

— У нас очень мало времени, — голос Стукова прозвучал негромко и каждое слово вгрызлось в разум с неукротимым напором.

Дровосек безостановочно и жадно хватал воздух ртом. Грудь вздымалась, будто он только что бегом преодолел чрезвычайно огромное расстояние. Спустя пару мгновений Жмакин медленно сполз по стене, уселся на пол и провёл ладонью по лицу, оставляя на коже мокрый след от пота.

— Предположим… — начал Глеб, и его голос дрожал, но в нём уже пробивалась привычная едкая струнка. — Предположим, что я, бывший любитель галлюциногенных грибов, уверен на сто процентов, что не сорвался ради очередных фантастических кайфов и прямо сейчас нахожусь в реальности…

Дровосек поднял голову и в его глазах мелькнуло нечто новое — не страх или шок, а чёткое осознание:

— Всей планете в итоге наступит пиздец, потому что заражение подобного типа с такой гнилой планетарной системой сдержать не получится… И вы можете остановить это?

— Он может, — Александр указал на Алексея, не сводя горящего взгляда.

Охотник не подтвердил и не опроверг. Просто стоял и пялился на Жмакина, кое-как поднимающегося в полный рост — его пальцы, привыкшие к точности хирурга, подрагивали, но когда Глеб посмотрел на чип в своей руке, движения стали выверенными.

— Ладно, — прошептал Дровосек. — Давайте выясним, что тут у вас…

Жмакин засунул микросхему в компактное устройство, уселся за рабочее место, вглядываясь в монитор, и принялся клацать по клавиатуре. Пиксели мерцали, складываясь в обрывки данных — кусочки переписок, фрагменты голосовых сообщений, зашифрованные координаты.

— Это не займёт много времени, — добавил Глеб.