С каким-то хлюпающим звуком я снова врезался в твёрдую поверхность. Песок. Сухой, горячий. Но боль от падения даже не приблизилась к той, что разрывала меня изнутри.
Я опустил взгляд на ноги — и замер. Сердце пропустило удар.
Ног не было.
Только кровавые пни, оканчивавшиеся обрывками мяса и торчащими белыми обломками костей. Кровь хлестала во все стороны, испаряясь в воздухе, как пар. В этот миг я даже перестал чувствовать боль — был только ужас, застывший в груди, и желание умереть, чтобы не видеть ЭТО.
В следующее мгновение что-то щёлкнуло. Вспышка. Обрыв. Я снова стоял посреди серого песка, в оборванных шортами и разодранной рубашкой.
Сердце билось, будто бешеное, а в ушах звенело. Я жив. Снова.
Добавлено дополнительное время восстановления: +5 минут
Осталось: 32 мин.
Внимание, претендент: последняя попытка!
При следующей неудаче произойдёт понижение уровня.
Я стоял, тупо глядя на всплывшее сообщение перед глазами, не понимая, что происходит. Время пребывания в этой странной «штрафной зоне» снова увеличилось, но куда хуже было другое — попыток осталась всего одна. Последняя. И если я снова провалюсь, система обещала понижение уровня.
Какого уровня? У меня он ноль. Ноль. Я ведь даже не прошёл инициацию до конца. Спрятался от врагов, получил странное «благословение» — и всё. Ни класса, ни реального уровня, ни распределённых характеристик. Я по-прежнему — чистый лист, новичок. Так какого чёрта меня вообще швырнуло сюда, да ещё и убивает, как настоящего игрока?
И ведь убивает с болью. Реальной, обжигающей, адской болью. Я скривился, вспоминая, как чувствовал, как песок будто сдирал кожу, как кости ломались. Это было слишком реально. Но... почему? Почему я чувствую всё это здесь, а во время инициации не чувствовал ничего?
Что это за грёбаная игра такая?
Вопросов было много, а вот ответов — ни одного. Но ясно было одно: стоять на месте нельзя. Я снова почувствовал лёгкую вибрацию под ногами — значит, что-то приближается. Не дожидаясь повторения прошлого, я резко метнулся в сторону. И вновь — острый шип, рванувший вверх из песка. Но в этот раз я не стал на них пялиться, не замер в ступоре, а продолжил двигаться, держась на сей раз не по прямой, а выбирая спуск.
Куда он вёл — я не знал. Насколько глубок был этот склон — тоже. Но выбора не было. Мне предстояло продержаться ещё почти полчаса, и я надеялся, что движение вниз окажется логичным. Что это всё же путь к выживанию, к укрытию, к выходу. Или хотя бы просто возможность отсрочить следующую смерть.
Я шёл, спотыкаясь в песке, тяжело дыша. С каждым шагом становилось всё темнее, воздух плотнее, а ощущение — будто вся эта зона наблюдала за мной из этой пыльной темноты.
На этот раз мне действительно повезло. Спуск оказался проще, чем движение по ровной поверхности — каждый шаг вниз гасил вибрации раньше, чем шип успевал вырваться из песка. Я ловко улавливал момент — едва чувствовалась дрожь под ногами, как сразу перекатывался вбок, уклоняясь от удара, и продолжал движение по склону. Песок осыпался подо мной, но именно это позволяло ускользать всё глубже, не задерживаясь на опасных участках.
Происходящее всё больше напоминало старые игры, в которые я когда-то залипал часами. Сначала смерть — глупая, быстрая. Потом — наблюдение, попытка понять механику, уловить уязвимость. А дальше — только повторение правильных действий, пока не одолеешь босса. Всё было знакомо до боли. Только теперь это была не игра. Это был я. Моя кожа, мои кости, моя боль. И умирать снова мне совершенно не хотелось.
Нет, может быть, я и не смогу избежать этого — возможно, так всё и закончится. Но вот переживать второй раз ту боль, ощущение рвущегося мяса, слышать собственный крик… Нет. Ни за что. Это не бой, это уже борьба за разум.
Таймер показывал пятнадцать минут. Я уже не мог идти дальше.
Интерфейс мигал предупреждениями — показатель выносливости стремительно снижался. Раньше он отображался в виде вялой серой полоски, но теперь та и вовсе исчезла, будто выгорела. Я стоял, тяжело дыша, весь покрытый потом и песком. Он был везде: в рукавах, в волосах, за шиворотом, во рту.
Я прислушался к очередному глухому дрожанию под ногами. Волна снова приближалась. Мои ноги дрожали вместе с телом, как и всё остальное. И всё же я стоял.
Я медленно обернулся в сторону того места, где в прошлый раз из песка вырвался шип. Губы были пересохшими, а во рту хрустел песок.
"Ещё немного... Просто продержись ещё чуть-чуть..." — шепнул я сам себе, не зная, слышу ли вообще этот голос.
