– Привет, Норт-Футхилл, я Присцилла Джо. – Она умолкла, давая слушателям возможность доделать то, что они делали, и поднять на нее глаза. – Я знаю, многие из вас жутко на меня сердятся, и я даже вас понимаю.
Я так и вытаращилась на Джейми:
– Это, по-моему, тот текст, который мы с ней вчера написали!
Присцилла продолжила, а чирлидерши выстроились у нее за спиной, прямо как на соревнованиях.
– Для начала хочу извиниться за интервью, которое недавно показали в школьных новостях. Пойдя на этот шаг, я получила незаслуженное преимущество в борьбе за титул королевы бала. Я не собиралась нарушать правила, и вообще я понимаю, что дело не в правилах, а в честной борьбе. Принимая это решение, я думала только об одном: я хочу победить, а это, наверное, мне поможет. Это объяснение, не извинение. Желание победить? Оно определяет многие мои поступки.
Она сделала паузу, а чирлидерши замахали помпонами и принялась скандировать:
– ВПЕРЕД! БОРИСЬ! ПОБЕЖДАЙ!
В толпе раздались смешки, а Присцилла окинула зрителей понимающей улыбкой:
– А когда я нацеливаюсь на победу, под прицел попадают некоторые из вас.
Чирлидерши ткнули пальцами в толпу и произнесли:
– Пиф-паф!
Фу, какая пошлость. У меня челюсть отвисла от изумления, но тут вокруг зазвучал смех. Да, этим палец покажи – уже смешно.
– И вот сейчас я сделаю очевидную вещь и скажу: простите, пожалуйста! Но я все равно хочу, чтобы вы за меня проголосовали. Я знаю, как выглядит голая правда.
– Ой, ну только не раздевайся, – прошептала я.
Джейми приподнял брови, пряча улыбку.
Раздеваться они не стали. Присцилла продолжила говорить – ее собранные в хвост волосы слегка шевелил ветер.
– Правда в том, что это звучит неискренне, фальшиво. Можете так думать и не верить мне. Я не уверена, что сама бы себе поверила. Но то, что я сейчас скажу, не вранье, это мое вам обещание: я очень стараюсь победить, потому что люблю нашу школу.
– Поддержи свою школу! – Взмах помпонами в вытянутых руках.
Присцилла глубоко вздохнула, как будто следующие слова дались ей с большим трудом:
– Я каждый день прихожу сюда с удовольствием. Поддерживаю нашу футбольную команду. Выступаю от лица нашей школы. Я благодарна за то, что она есть, – и за то, что есть все вы.
И тут чирлидерши все-таки сбросили куртки и повернулись спиной к зрителям. Сзади к их форме были приколоты буквы, вместе получалось: «СПАСИБО ВАМ». Присцилла свистнула, две девчонки подошли к ней, присели на корточки, подняли ее в воздух.
Она взмыла вверх, крутанулась в прыжке – вот ненормальная, – но ее аккуратно подхватили. Приземлившись, она выкрикнула:
– Да, я не могу вас угостить бесплатным мороженым, но все равно скажу вам спасибо, если вы выберете меня королевой бала! Вперед, борись, ПОБЕЖДАЙ!
Я не выдержала – вскинула руки и выпалила:
– Точно, мать твою!
Я оказалась не единственной, восторженно голосили все вокруг – свистели, верещали. Присцилла выполнила свою задачу, сделала то, до чего я в жизни бы не додумалась. Я написала ей текст, воспользовавшись всем тем, чему научилась в социальных сетях будущего, она же угадала настроение своей аудитории – и справилась великолепно, пустив в ход свое природное обаяние.
Я увидела, что какие-то девчонки-готы выдвинулись вперед и аплодируют Присцилле. Любители «Зельды» подняли глаза от приставок и кричали: «Ура!» Ребята из азиатской церкви. Выходцы с Ближнего Востока. Все, с кем я разговаривала про Присциллу. Я почувствовала, как возрождается надежда.
Джейми присвистнул:
– Ни фига себе, вот это класс. Ты ей текст написала?
Я покраснела.
– Ну, да. Но, это… главное – как она его произнесла. На такую выходку только Присцилла и способна.
Он посмотрел на меня пристально и спокойно – за несколько дней я успела привыкнуть к этому взгляду.
– Дело не только в ней, ты дала ей в руки замечательный материал.
И тут меня вдруг окатила горькая волна: ведь нам с ним придется расстаться. Я вернусь к Карену. Я вспомнила, как в первый год обучения в старшей школе я получила оценку «отлично с отличием» – вот прямо так – за сочинение по роману «Возлюбленная». Мне было интересно его писать, потому что «Возлюбленная» – отличный роман, и все же оценка меня поразила. Наша преподавательница английской литературы мисс Андерсон так меня хвалила, что я, читая ее пояснения, испытывала прямо физический трепет. Я перечитала сочинение через призму того, что его высоко оценили, посмотрела на него в этом разрезе, и у меня стало тепло на душе. Первым, с кем я решила поделиться своим успехом, был Карен. Он крутанул меня в воздухе, сказал: «Молодчина, малыш» – но не попросил меня прочитать ему текст. Я положила странички ему в рюкзак, чтобы он почитал потом, но он так до них и не добрался. Я больше никогда не поднимала эту тему. Сочинение он мне так и не вернул, так что я не смогла показать его родителям, да и вообще никому. Тогда я вроде как не обиделась. Кто станет ради собственного удовольствия читать чужое школьное сочинение?
