Элли сжала пальцы, и мышь завизжала – пронзительный, почти человеческий крик разорвал тишину. Элли ахнула, её глаза распахнулись, но Саруно рявкнул, его лицо исказилось: «Тир истекает кровью! Каждая твоя слабость – его смерть!» В её разуме вспыхнула картина: Тир на эшафоте, его тёмные волосы слиплись от крови, лезвие гильотины впивается в шею. Она вскрикнула, отпустив мышь, та юркнула в щель, исчезнув. Элли рухнула на колени, её вырвало прямо на пол, желудок сжался от ужаса. Сахарок пискнул, спрыгнув, его лапки дрожали у её ног.
– Ничего, – Саруно присел рядом, его рука, неожиданно тёплая, погладила её по волосам. – В следующий раз получится лучше.
Карас, до этого молчавший, вскочил. Он подошёл к Саруно: «Хватит! Ты делаешь из неё монстра!» Его голос дрожал от ярости, но в нём была боль – он видел, как Элли ломается под тяжестью силы, которую он запрещал ей использовать. Саруно не сопротивлялся, его улыбка была холодной, как лёд: «Нет, Карас. Я показываю, кем она уже является». Он высвободился, его глаза сверкнули. Элли, вытирая рот, поднялась, её лицо было бледным, но в глазах горел холодный огонь. Она ненавидела себя за слабость, но страх за Тира был сильнее.
Саруно склонился над полом, его посох прочертил линии в пыли, рисуя план: «Смотрите. Завтра Тира казнят на площади. У нас одна ночь». Он указал на схему: «Карас – эшафот. Отвлекаешь стражу, создаёшь хаос. Элли – восточная башня. Твоя осознанность вызовет туман, укроет нас. Я – южные ворота, устрою диверсию». Он посмотрел на Элли, его голос стал твёрдым, как сталь: «Никаких полумер. Убивать всех. Ты либо убьёшь, либо будешь убита. От тебя зависит жизнь Тира».
Элли кивнула, её пальцы сжали кинжал так, что побелели. Она вспомнила Тира – его смех в Мире Грёз, его руку, направляющую её нож, его слова: «Ты сильнее, чем думаешь». Она не могла позволить ему умереть. Карас смотрел на неё, его сердце разрывалось. Он хотел защитить её, но знал, что без Тира она не простит его. «Аня, – сказал он тихо, – это не игра. Если мы провалимся, Валия станет нашей могилой». Элли встретила его взгляд, её голос был хриплым: «Я готова». Саруно хмыкнул, его глаза блестели, как у хищника, наблюдающего за добычей. «Очередной шаг сделан», – подумал он, но вслух сказал лишь: «Тогда до рассвета».
Карас опустился на стул, его рука дрожала. Он ненавидел Саруно за то, что тот толкает Элли в пропасть, но ненавидел и себя – за то чо довёл до этого. Это дожна была быть тихая прогулка. Но теперь… Элли села рядом, её дыхание было тяжёлым, Сахарок юркнул под стол. Она смотрела на план, вычерченный в пыли, и видела не линии, а кровь – Тира, свою, их всех. «Я не подведу», – прошептала она, и в её словах была сталь.
Таверна затихала, пьяные голоса смолкали, фонари за окнами гасли. Ночь Валии накрыла их, как саван, и Мир Грёз смотрел, затаив дыхание. Интрига сгущалась, а тени на стенах шептали о завтрашней крови.
День пятый: Огонь возмездия
Часть 1. Реальный мир, 8 августа 2025 года, приют «Солнечный Дом».