– Видишь ли, Обол, у меня-то нет свободного капитала…
– Но у тебя есть твоя фантастика!
– Милый мой, прихожу я вчера в один толстый журнал, – знаешь, обложка серенькая, буковки красненькие… «Вена» называется. – (По лицу Обола было видно, что зрелище толстых литературных журналов никогда не отягощало его сетчатку.) – Так вот, мне с порога кричат: с фантастикой и не входи!
– Ну, ты преувеличиваешь!..
– Преувеличиваю? Хорошо. Я иду в другой толстый журнал, в «Медузу». Обложка беленькая, буковки пурпурные. Не требуется! Ладно, иду в «Титаник», паскудный такой журналишко, буквищи – во, на обложке что-то похабненькое… «Нам, – говорят, – требуется все такое очень тонкое, очень психологическое…» А ты говоришь: у меня моя фантастика…
– Ну, Мурик, ну дослушай меня! Я хочу предложить тебе бизнес, а ты вешаешь мне спагетти на уши! Дело в том, что на той тарелке, где я обосновался, все обстоит как раз наоборот: там печатают фантастику и только фантастику! А все это… ну, как ее…
– Реалистику.
– Во-во, реалистику – с ней и на порог не пускают. Там, знаешь ли, дела темные, законы неписаные, там никому не светит прочитать про самого себя все как есть. Поэтому там в ходу сказочки да побасенки, а уж что касается фикшн, то она там самая сайнсовая! Ну, летишь со мной?
– Послушай, Обол, ты же деловой человек – зачем тебе я? Воспоминания детства одолевают?
– Ты с меня смеешься! Просто реклама – везде реклама, и если в предисловии к твоим книженциям будет говориться, что некий бизнесмен лет тридцать тому назад таскал вместе с тобой корзины с сардинкой…
– А там поймут, что такое сардинка?
– Ну, Мурик, они же хоть и не люди, и в воде у них тоже не рыбки плавают, но это уже – тонкости перевода…
– …
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
