Как только мы выходим на улицу, Инара замирает на месте. И только сейчас на её лице появляется радость и надежда. Я же, взглянув на неё, чувствую растущую злость. Знаю, что она не виновата в том, что происходит с наставником. Она не виновата, что он сказал мне уходить, ничего толком не объяснив. И в том, что он решился на что-то ужасное, она тоже не виновата, но я продолжаю на неё злиться.
– Что встала?! Пошли!
Хоть я и обратился к ней слишком резко, настроение у неё не меняется, может она даже не заметила моего тона.
Быстро проходим через сад и выходим за пределы замка. Вижу, как у Инары легко на душе, кажется, еще немного и она полетит. Она идёт всё быстрее и быстрее. Я, наоборот, чувствую всё большую и большую тягу остановиться и вернуться назад, и в то же время во мне нарастает ощущение безнадёжности. Уверен, что даже если я вернусь, Вальнар не отступит от задуманного. На крайний случай он телепортирует меня. И это сдерживает меня. Мне надо сделать всё, как сказал Колдун.
***
Дорогу мы нашли быстро. Она каменная и деревья над ней образовали из ветвей плотную крышу, через которую практически не пробивается свет. От этого темно, как вечером, и душно. Здесь, как и во всем Ирангуле, царит мёртвая тишина.
Невольно вспоминаю о моем побеге. Если бы я тогда нашёл эту дорогу, то, наверное, не упал бы в охотничью яму…
Сейчас, если бы не Вальнар, мне бы даже в голову не пришло уйти из замка. Мне нравилась моя жизнь здесь. Я знал, что в будущем стану Колдуном, и что стать им мне поможет Вальнар. И что, возможно, я окажусь тем, кто поможет наставнику найти Формулу от смерти. Хоть я толком не понимаю, что это такое. И мне нравилось это. А теперь передо мной стоит пугающая неизвестность…
Мы молча продвигаемся вперёд. Майка прилипает к спине. Лицо, шея и руки мокрые от пота. Ужасно хочется пить. Наверняка в рюкзаке есть какой-нибудь напиток или что-нибудь съестное, но я не хочу останавливаться. Такое ощущение, что как только я это сделаю, на меня наваляться такая усталость и такой груз из противоречивых чувств, что я упаду и больше не встану.
Инара идёт впереди меня и выглядит так, словно ничего на свете не остановит её.
***
Не знаю, сколько проходит времени, может быть до полудня остался час, может полчаса, может и пять минут, но лес редеет. Журчание реки в глухой тишине кажется нереально громким. Лямки рюкзака до боли сдавливают плечи, но я не обращаю на боль и нарастающую усталость внимания.
Мы уже у цели.
Как только перейдём реку, можно будет отдохнуть.
Чем ближе мы подходим к реке, тем сильнее страх и тревога. В одно и то же время хочется: побыстрее перейти на другой берег, и вообще никогда не находить её.
Лес становиться настолько редким, что через него видно, как ослепительно отражается в воде солнце. Со стороны реки веет прохладой. Невольно ускоряю шаг.
Как только мы выходим к воде, я, от удивления, замираю, уставившись на противоположный берег.
Ого… это так странно.
Его покрывает высокая ярко-зелёная трава и уходит вглубь леса. Деревья покрыты изумрудной листвой. Такое ощущение, будто река разделяет два разных мира. Тут осень, там лето. Тут мёртвая тишина, там всё дышит жизнью.
Инара, похоже, тоже в шоке от открывшейся нашим глазам картины. Она стоит и не сводит глаз с другого берега. Он кажется райским уголком по сравнению с тем местом, который мы только что прошли.
Раньше через реку проходил мост, но сейчас вместо него из воды торчат большие деревянные балки, которые когда-то служили опорами. Но отсутствие моста нисколько нас не останавливает. Река неглубокая, а течение несильное. Сбросив обувь и взяв её в руки, мы переходим на другой берег. Прохладная вода приятно остужает уставшие и запаренные от несколькочасовой ходьбы ноги.
Как только я ступаю на мягкую, как ковёр, траву, за спиной раздаётся звук, похожий на взрыв. Кажется, что от него по земле проходит дрожь.
«Дневник для рассудка»
8 июня 1405 год (364 лет назад)
Прошло уже два дня после свадьбы. Казалось, я должна была забыть все отрицательные ощущения, связанные с Метраном. Но они наоборот обострились. Иногда он такой ласковый, такой приятный, что я забываю обо всём на свете, но через некоторое время он снова закрывается, уходит в себя и становиться настолько грубым, злым и жестоким, что становиться страшно.
Тезурия до сих пор не появлялась, и я этому несказанно рада. Но Метран всё равно продолжает часто запираться в башне и не выходит из неё часами. Я уже тысячу раз пожалела, что отдала ему эту башню.
В дела управления он не вмешивается. Он считает, что если я королева, то ему нечего делать у престола. Но мне так хочется, чтобы он был как мой отец. Чтобы пытался облегчить бремя, лежащее на моих плечах. Но его, похоже, ничего не волнует, кроме тех дел, которые он делает в своей башне.
Я продолжаю любить его, но не чувствую ответной любви. И это меня убивает. Что если он и правда не любит меня? Но тогда зачем он взял меня в жёны? Неужели отец был прав?
Я замираю и устремляю взгляд на другой берег, но через лес не видно, что издало этот звук.
Началось!
