— Институт! — громко крикнула Клима. Ее высокий уверенный голос эхом разбился о камень стен. — Слушайте меня, те, кто внутри! Я, Климэн Ченара, обда Принамкского края и Западных гор, не хочу лишнего кровопролития! Сдавайтесь, и я приму вас под свои знамена!
Эхо отгремело, и в безмолвии проволочились несколько долгих секунд. А потом одно из витражных окон открылось, и из него вылетела большая ортонная стрела. Тяжелое древко не позволило ей долететь до цели — ортоны плохо стреляли вдаль. Поэтому стрела глухо вонзилась в песок летного поля шагах в двадцати от Климиных ног.
— По-моему, здесь все ясно, — тихо сказала девушка Гере.
— Ей жаль, — добавил Тенька невысказанное.
Клима привычно отвела взгляд и скомандовала:
— Готовность к первому залпу!
— Небеса-а-а… — где-то бесконечно далеко простонала Гулька.
Солдаты налегли на механизмы метательных орудий, раздался скрип натягиваемых веревок, дюжина камней пополам со взрывчаткой приготовилась взвиться в небо, распарывая утренние лучи. Обычно первых двух залпов хватало для разрушения городских стен.
Клима уже набрала в грудь воздуха, чтобы отдать приказ стрелять, но тут случилось нечто необъяснимое.
Орденский флаг над воротами внезапно заходил ходуном, и не от ветра, а словно кто-то изнутри дергал за конец длинного шеста, к которому он был подвешен.
— Чего у них там такое интересненькое происходит? — удивился Тенька. — Обычно народ за стрелы хватается, а не знамена дергает.
Гера встрепенулся.
— Да, верно, прежде нас уже осыпали бы стрелами, а тут одна-единственная. Что-то здесь не так! Эй, отставить первый залп!
Солдаты замешкались, переводя взгляд с обды на военачальника.
— Пока не стрелять, быть в готовности! — распорядилась Клима. И сердито прошипела: — Гера, какого смерча? Не смей оспаривать мои приказы!
— Да ты погляди на флаг!
— Там полон Институт орденских интриганов, с них станется измыслить какую-нибудь уловку!
По войску прокатился изумленный гул: триколор дернулся в последний раз, а затем мягко упал на землю перед воротами. Тяжелые створки дрогнули.
— Умоляю, не стреляй! — лихорадочно прошептал Гера. — Может, они передумали?
— Передумали тратить стрелы и решили для начала пустить на нас институтские тяжеловики?
— А чего говорит твоя могучая интуиция? — осведомился Тенька.
Клима чуть слышно выругалась в ответ. Интуиция молчала. Но медальон поверх белого платья не наливался кровавой тяжестью, поэтому девушка позволила себе подождать.
Ворота приоткрылись совсем немного, и из них выбежала фигурка в форме орденского командира. Гера всмотрелся и ахнул:
— Да это же Выля! Не стрелять!!!
Он бросился ей навстречу.
— Стоять! — рявкнула Клима вслед, но удержать Геру не успела.
Из ворот вышла вторая фигурка, и ее Клима узнала без труда, потому что часто видела именно так, издали, хотя и с высоты парящей доски. Но зачем за ворота понесло их наставницу полетов?!
Наставница и Выля что-то кричали, размахивали руками, то ли отговаривая войско обды от решительных действий, то ли подавая знаки кому-то в Институте. Напряжение, повисшее над летным полем, было сравнимо разве что с памятной игрой в молнии у Фирондо.
Выля с Герой поравнялись на бегу и с наскока заключили друг друга в объятия. Потом к ним подоспела наставница полетов и обняла обоих. Было видно, как они без умолку что-то говорят, захлебываясь речью и перебивая друг друга, хохочут и не размыкают рук. Так, в обнимку, они развернулись и зашагали к войску обды. Выля, идущая в центре, заметно прихрамывала.
Ворота к тому времени открылись полностью, но за ними не было готовых к бою тяжеловиков, как опасалась Клима. Лишь разношерстная толпа: орденские солдаты, воспитанники всех возрастов в зеленом, желтом и алом, люди вообще безо всякой формы и знаков различия. А над их головами развевались лоскуты желтой материи, привязанные к шестам, древкам копий и просто к топорам ортон.
— Институт наш!!! — во всю мощь легких заорал Гера и помахал своим воинам свободной от объятий рукой.
Вылю арестовали, едва она переступила порог Института. Девушка даже не успела выхватить оружие: двое орденских разведчиков заломили ей руки сзади, еще один снял перевязь с ортоной, в то время как четвертый обыскивал. Выля мысленно порадовалась, что успела отправить Климе письмо еще в Кивитэ, и сейчас орденцы ничего противозаконного найти не смогут.
Было утро, время занятий, поэтому в холле не сновали воспитанники: лишь несколько командиров, вместе с Вылей прибывших из Кивитэ, стража на постах и орденские разведчики.
— Что за глупый розыгрыш? — громко возмутилась Выля. Главное — не признаваться, как учила Клима. А там, может, и выкрутиться удастся. С орденцев станется устроить ей плановую проверку.
Но при виде Наргелисы, спускающейся с главной лестницы, Вылина надежда начала таять, как туман поутру.
