Вопервыхъ лордъ Лофтон вовсе не мой герой, а вовторыхъ человѣкъ можетъ не быть несовершенствомъ, а быть тѣмъ не менѣе очень порядочнымъ человѣкомъ. Человѣкъ можетъ имѣть столько же недостатковъ, какъ и лордъ Лофтон, и тѣмъ не менѣе быть достойнымъ хорошей матери и хорошей жены. А то сколько бы из насъ оказались недостойными той матери или той жены, которыхъ далъ намъ Богъ! Я убѣжденъ, что из молодыхъ людей, собирающихся остепениться и вкусить радости семейной жизни, а съ тѣмъ вмѣстѣ заботы, труды и безпокойства, сопряженные съ удовольствіемъ имѣть детей, очень немногіе не были предварительно влюблены въ трехъ, четырехъ возможныхъ матерей, и по всей вѣроятности въ двухъ или трехъ разомъ. И несмотря на то, люди эти по большей части достойны тѣхъ отличныхъ женъ, которыя наконецъ достаются имъ въ удѣлъ. И такимъ образомъ лордъ Лофтон был до извѣстной степени влюбленъ въ Гризелѣду Грантли. Была одна минута въ его жизни, въ которую онъ предложил бы ей свою руку, еслибъ она хоть на минуту вышла из своей, роли благоразумной дѣвицы, и хотя минута эта не возвращалась более, ему было досадно, когда онъ узналъ, что другому удалось овладѣть сердцемъ и рукой Гризельды.
Но несмотря на все это, лордъ Лофтон истинно любилъ Люси Робартс. Еслибъ онъ могъ предположить, что какой-нибудь Домбелло имѣетъ намѣреніе осаждать эту крѣпость, досада его выразилась бы совершенно инымъ образомъ. Онъ могъ шутить о Гризельдѣ Грантли свободно и весело, но еслибы до него дошло извѣстіе подобнаго рода касательно Люси, ему было бы не до шутокъ, и я не удивился бы, еслибъ оно подѣйствовало даже на его аппетитъ.
-- Матушка, сказалъ онъ, дня два спустя послѣ объявленія о помолвкѣ Гризельды,-- я ѣду въ Норвегію удить рыбу.
-- Въ Норвегію, удить рыбу?
-- Да. Мы ѣдемъ цѣлымъ обществомъ. Намъ будетъ очень весело; ѣдутъ и Клонтарфъ, и Колпеперъ...
-- Какъ, Этот ужасный человѣкъ?
-- Онъ отличный рыболовъ. Къ намъ присоединяется также Гадингтонь Пиблсъ и... и... насъ всего будетъ шесть человѣкъ, и мы уѣзжаемъ черезъ недѣлю.
-- Какъ же скоро, Лудовикъ!
-- Да, но намъ надоѣлъ Лондонъ. Мнѣ бы все равно было подождать еще немного, но Клонтарфъ и Колпеперъ говорятъ, что теперь самая пора. Мнѣ передъ отъѣздомъ нужно побывать въ Фремлеѣ, чтобы сдѣлать распоряженіе насчетъ лошадей, и я затѣмъ и зашелъ къ вамъ, чтобы сказать вамъ, что я буду тамъ завтра.
-- Завтра въ Фремлеѣ! Еслибы ты могъ отложить свой отъѣздъ дня на три, я бы поѣхала съ тобою.
Но лордъ Лофтон никакъ не могъ отложить свой отъѣздъ. Быть-можетъ, онъ на Этот разъ предпочиталъ быть одинъ въ Фремлеѣ; онъ находилъ, что ему будетъ удобнѣе распорядиться по конноуу двору въ ея отсутствіи. Какъ бы то ни было, онъ отказался отъ ея общества и на другое утро отправился одинъ въ Фремлей.
-- Марк, сказала мистриссъ Робартс, вбѣгая около полудня въ кабинетъ мужа.-- Лордъ Лофтон пріѣхалъ. Слышалъ ты объ этомъ?
-- Какъ, пріѣхалъ сюда, въ Фремлей?
-- Да, мнѣ это сказали люди. Карсонъ видѣлъ его на конномъ дворѣ. Не пойдешь ли ты повидаться съ нимъ?
-- Разумѣется, сказалъ Марк, закрывая книгу.-- Леди Лофтон навѣрное еще не пріѣхала, и если онъ одинъ, то вѣроятно будетъ обѣдать у насъ.
-- Ты полагаешь? возразила мистриссъ Робартс, подумавъ о бѣдной Люси.
-- Онъ вовсе не взыскателенъ. Что годится намъ, годится и ему. Во всякомъ случаѣ я позову его.-- И, не распространяясь долѣе объ этомъ предметѣ, мистеръ Робартс взялъ шляпу и отправился отыскивать своего друга.
Люси Робартс была въ комнатѣ, когда садовникъ пришелъ доложить о пріѣздѣ лорда Лофтона; она знала, что Фанни пошла сообщить это извѣстіе мужу.
-- Онъ не придетъ сюда, не правда ли? сказала она, какъ только вернулась мистриссъ Робартс.
-- Не знаю, отвѣтчала Фанни,-- надѣюсь, что нѣтъ. Ему не слѣдуетъ приходить, и я думаю онъ понимаетъ это. Но Марк хочетъ пригласить его къ обѣду.
-- Въ такомъ случаѣ, Фанни, я должна заболѣть. Это необходимо.
-- Я не думаю, чтобъ онъ пришелъ. Это было бы не хорошо съ его стороны. Я даже почти увѣрена, что онъ не придетъ; но я хотѣла на всякій случай предупредить тебя.
Люси также думала, что при настоящихъ обстоятельствахъ лордъ Лофтон врядъ ли явится къ нимъ; въ противномъ случаѣ, говорила она себѣ, она не будетъ въ состояніи выйдти къ столу; тѣмъ не менѣе, мысль, что онъ находится въ Фремлеѣ, вовсе не была для нея тягостна. Она не признавалась себѣ, что пріѣздъ его обрадовалъ ее, но безсознательно она находила отраду въ сознаніи, что онъ близко отъ нея. Все же однако ей оставалось рѣшить трудный вопросъ: какъ ей поступить, если онъ явится къ обѣду?
-- Если онъ придетъ, Фанни, сказала она послѣ короткаго молчанія,-- я не выйду из своей комнаты, и пусть Марк думаетъ что хочетъ. Лучше мнѣ быть дурочкой въ своей комнатѣ, одной, нежели тамъ въ его присутствіи.
