-- Я постараюсь вынести его какъ могу, мистеръ Форрестъ.
-- Позвольте мнѣ дать вамъ совѣтъ, мистеръ Робартс... Можетъ-быть, мнѣ слѣдуетъ передъ вами извиниться за мое непрошенное вмѣшательство; но такъ какъ векселя прошли черезъ мою контору, то я поневолѣ узналъ всѣ обстоятельства....
-- Я вамъ чрезвычайно благодаренъ, сказалъ Марк.
-- Вамъ придется заплатить всю эту сумму, или по крайней мѣрѣ большую часть ея. Можетъ-быть эти хищныя птицы что-нибудь сбавятъ, если имъ предложить наличныя деньги. Дѣло вамъ обойдется, можетъ-быть, въ 750 или 800 фунтовъ.
-- Да у меня нѣтъ въ рукахъ и четверти этой суммы.
-- Я тагъ и думалъ. Но вотъ что я вамъ предложу: займите эти деньги въ банкѣ, на собственную отвѣтственность, съ поручительствомъ кого-нибудь из вашихъ друзей, хоть бы напримѣръ лорда Лофтона.
-- Нѣтъ, мистеръ Форрестъ...
-- Выслушайте меня сперва. Если вы рѣшитесь сдѣлать Этот заемъ, вы конечно должны приготовиться выплатить его из собственнаго кармана, не надѣясь ни на какую помощь со стороны мистера Соверби.
-- Ужь конечно, я не понадѣюсь на мистера Соверби, въ этомъ вы можете быть увѣрены.
-- Я хочу сказать, что вы должны привыкнуть смотрѣть на Этот долгъ какъ на вашъ собственный. Въ такомъ случаѣ, вамъ не трудно будетъ, при вашемъ доходѣ, уплатить его из со всеми процентами въ теченіи двухъ лѣтъ. Если лордъ Лофтон согласится поручиться за васъ, я распредѣлю векселя на разные сроки въ Этот промежутокъ времени. Огласки не будетъ никакой, и черезъ два года вы освободитесь отъ всех долговъ. Могу васъ увѣрить, мистеръ Робартс, что многіе гораздо дороже платились за свою опытность.
-- Мистеръ Форрестъ, объ этомъ и рѣчи не можетъ быть.
-- Вы полагаете, что лордъ Лофтон не захочетъ за васъ поручиться?
-- Я ни за что не стану просить его объ этомъ; но не въ этомъ только дѣло. Вопервыхъ, мои доходы будутъ вовсе не такъ значительны, какъ вы думаете; я вѣроятно откажусь отъ бенефиціи.
-- Вы хотите отказаться отъ бенефиціи? Отъ мѣста, дающаго шестьсотъ футовъ въ годъ?
-- Затѣмъ, я рѣшился не выдавать никакихъ новыхъ векселей. Я получилъ страшный урокъ, и надѣюсь, буду помнить его.
-- Такъ что же вы намѣрены дѣлать?
-- Ничего!
-- Такъ эти люди опишутъ и продадутъ у васъ все до послѣдняго стула. Они знаютъ, что вашего имущества достанетъ на уплату долга.
-- Пусть продаютъ, если они имѣютъ на то законное право.
-- И весь свѣтъ объ этомъ узнаетъ.
-- Такъ и слѣдуетъ. Всякій долженъ платиться за свои ошибки. Дорого бы я далъ, чтобы наказаніе пало на меня одного!
-- Вотъ въ томъ-то и дѣло, мистеръ Робартс. Подумайте о томъ, что придется вынести вашей женѣ. Право, послушайтесь моего совѣта. Я увѣренъ, лордъ Лофтон...
Но имя лорда Лофтона и воспоминаніе о Люси придали ему силы. Онъ вспомнилъ также о несправедливыхъ укорахъ, которые дѣлалъ ему въ Лондонѣ лордъ Лофтон, и почувствовалъ, что къ нему невозможно обратиться въ подобномъ дѣлѣ. Не лучше ли во всемъ признаться леди Лофтон? Онъ зналъ навѣрное, что она бы выручила из бѣды во что бы то ни стало. Но онъ никакъ не рѣшался просить ея помощи.
-- Благодарю васъ, мистеръ Форрестъ, я остаюсь при своемъ рѣшеніи. Не думайте однако, чтобъ я не умѣлъ цѣнить помощь, которую вы мнѣ предлагаете; я знаю, что она вполнѣ безкорыстна. Но я рѣшительно могу сказать, что даже въ предотвращеніе этой страшной бѣды, я не соглашусь подписать ни одного новаго векселя, даже еслибы вы не потребовали посторонняго поручительства.
Мистеру Форресту оставалось только ѣхать назадъ въ Барчестеръ. Онъ сдѣлалъ все, что могъ, для молодого священника, и можетъ-быть, съ житейской точки зрѣнія, совѣтъ его был хорошъ. Но Марка пугало самое слово: вексель.
-- Кажется у тебя был банкиръ? спросила Фанни, входя къ нему въ комнату, когда стихъ стукъ колесъ.
-- Да, мистеръ Форрестъ.
-- Такъ что же, другъ мой?
-- Мы теперь должны быть готовы на все.
-- Ты уже не будешь подписывать никакихъ бумагъ, не правда ли, Марк?
-- Нѣтъ, я сейчасъ наотрѣзъ отказался отъ этого.
-- Въ такомъ случаѣ, я все могу вынести! Но только, милый, безцѣнный Марк, ты позволишь мнѣ сказать объ этомъ леди Лофтон?
Какова бы ни была его ошибка, ему тяжело приходилось раскаиваться въ ней!
