У нашего главного хирурга Виктора Николаевича есть фантастическая особенность появляться именно там, где он в данный момент особенно нужен. Накинув медицинский халат поверх хирургического костюма, он спустился в вестибюль больницы, чтобы купить в киоске свежие газеты. В этот момент с берега озера, где случилось несчастье, прибежал за помощью кто-то из больных… Виктор — почти двухметрового роста, мастер спорта международного класса по лыжам. Можно представить, как он бежал! Схватив на руки Лабецкого, мокрого, тяжелого, без сознания, не дожидаясь каталки, которую, разбрызгивая лужи, уже везли ему навстречу, также бегом он помчался обратно в больницу… Виктор у нас — единственный специалист, владеющий методикой бронхоскопии. В общем, он удалил воду из лёгких Лабецкого через бронхоскоп и отдал его реаниматологам, которые вернули больного к жизни. Я не мешала им работать, не путалась у них под ногами. Часа два, обмирая от страха, я просидела в дежурке реанимации, но подошла к Сергею только тогда, когда он заснул после капельниц. Смотрела на него спящего и просчитывала, чем это всё кончится. Я могла предположить несколько вариантов исхода этой печальной ситуации. Ни один из них не был благоприятным. Но на сегодня было выполнено главное: Лабецкого спасли. Таким, как наш Виктор, надо ставить памятники при жизни. Беречь надо таких людей, дорожить ими. Жаль, что моё мнение по этому поводу почему-то никто не спрашивает…
Спасительница Сергея лежала на соседней кровати, закрывшись простынёй до середины подбородка: в реанимации больные находятся в одном зале, обнажённые, без различия пола и состояния сознания. Только увидев бесчувственного Лабецкого на руках у Виктора, не привлекая ничьего внимания, Светлана, побежала в больницу, где, стуча зубами и трясясь от холода, отдалась в мои руки. Поймав теперь мой тревожный взгляд, брошенный на неё, обложенная горячими грелками и с катетером от капельницы в вене, моя пациентка попыталась меня успокоить.
— Со мной всё будет в порядке, Ирина Дмитриевна, вот увидите… Я просто сильно переохладилась… Ну, покашляю лишний месяц… Это ничего. Главное, чтобы Серёжа…
Мы одновременно вздохнули: я знала больше, чем она могла себе представить.
После происшествия на озере, мостками пользоваться было невозможно. Перепуганный случившимся, наш любимый начальник мгновенно нашёл и деньги, и людей, которые могли сделать нормальную переправу. Старые мостки разобрали и сожгли. За один день сделали прекрасный широкий мостик, и даже поставили на нём фонарь, который теперь ярко освещает дорожки в обе стороны от озера.
