Фронт и тыл Великой войны полностью

На Юго-Западном фронте в начале войны отличилась 52-я артиллерийская бригада… Наверное, смена темы выглядит несколько неожиданно, но она станет более ясна далее. Итак, 1-й дивизион этой артбригады в ночь с 26 на 27 августа (с 8 на 9 сентября) обеспечил артиллерийскую подготовку делу лейб-гвардии Московского, 205-го Шемахинского и 206-го Сальянского пехотных полков на высоте под Тарнавкой. Описание этого достаточно известного боя обнаруживает расхождение, не очень типичное для отечественной историографии Первой мировой войны. Согласно публикации советского времени, добравшись до хорошо укрепленной германской позиции без единого выстрела, московцы перекололи штыками неприятельское боевое охранение, взяли 28 орудий, заняли траншеи и удержали их с большими потерями для пытавшегося контратаковать ландвера[996]. Словом, действия русских войск преподносятся как образцовые. Однако А. А. Керсновский указывает на понесенные лейб-гвардии Московским полком под Тарнавкой громадные потери: 63 офицера и 3200 нижних чинов, заодно давая без малого вдвое большее число трофеев — 42 пушки[997]. Современный же исследователь А. А. Смирнов указывает, что полк в атаке пробежал сомкнутыми шеренгами 1,9 километра под беспрестанным неприятельским огнем из 48 орудий, затем усилившимся стрельбой из винтовок и пулеметов. Командир полка А. А. Михельсон предвидел кровавый исход наступления и потому откладывал его до наступления темноты, а затем и вовсе вверил командование полковнику В. П. Гальфтеру, якобы сославшись на контузию. Московцы буквально рвались в бой, офицерам не терпелось отличиться в 102-ю годовщину Бородинской битвы, но удивляться обилию потерь в полку не приходится. «С учетом грамотных действий офицеров-московцев в предыдущих боях, речь, думается, надо вести… о “гвардейских амбициях” (или, если угодно, о “гвардейской фанаберии”)», — резюмирует А. А. Смирнов[998].

В том же бою отличился штабс-капитан лейб-гвардии Московского полка Г. М. Пантелеймонов: «Будучи начальником пулеметной команды и находясь со своими пулеметами в кольцевом окопе, защищавшем в ночь захваченную неприятельскую позицию с сорока орудиями, своим мужеством и искусными действиями, не взирая на тяжелое положение и большие потери, в большей степени содействовал отбитию атак германцев и австрийцев, предотвратил обход нашего фланга, и тем способствовал удержанию нами взятых орудий»[999]. Сегодня его имя вряд ли что-нибудь скажет широкому кругу читателей, а между тем двумя годами ранее за выстрелами этого офицера следил весь мир. Подпоручик Пантелеймонов входил в число 85 офицеров, представлявших Российскую империю на V летних Олимпийских играх 1912 года в Стокгольме — последней Олимпиаде старого мира. Более того, именно продемонстрированные им результаты стали «выстрелами престижа» на тех Играх, в целом оказавшихся провальными.

«Бой под Ярославом (на Галицийском фронте)». Рисунок профессора Н. С. Самокиша