Мартин с Алексом что-то негромко принялись обсуждать, а Эрик, у которого сил стоять на ногах после пережитого не осталось совсем, присел прямо в своих дорогущих лосинах на пожухлую траву, привалившись спиной к стене конюшни. Еще немного и его отвезут домой, ему надо полежать, выпить успокоительного. Эрик зажмурился. Из глаз непроизвольно выкатилась пара слезинок. Он испугался не за себя, а за своего брата. Как он будет без него? Надо обязательно написать завещание, чтобы при Эдди согласно бумагам всегда находился заботливый опекун.
Эрик решительно поднялся — нечего раскисать. В этот момент из конюшни выбежал взволнованный конюх и за руку буквально потащил Алекса внутрь.
— Что там? — спросил Эрик у Мартина, кивнув головой в их сторону.
Тот непонимающе пожал плечами — это их дела и заботы, разберутся…
Дома Эрика напоили горячим чаем с мятой, ромашкой и зверобоем. Алекс, завернув его в одеяло, усадил в кресле перед камином. В другом бы случае никто не стал бы растапливать старинный камин, а включили бы газовое отопление. Но сегодня день был такой. Эрик хоть и хмурился, но внимание и ласку принимал безропотно — всегда приятно, когда о тебе вот так заботятся.
— Отдыхай пока, — попросил его Алекс. — А к вечеру улыбочку на лицо и в паб.
— А может, сегодня не надо? А? — жалобно протянул Эрик, но взглянув на его серьезное лицо, поинтересовался осторожно: — Что-то не так?
— Все не так, — отозвался Алекс хмуро.
— Разветвленная колючка гледичии, — сказал Мартин, который тоже находился рядом.
— При чем здесь гледичия? — не понял его Эрик.
— Кто-то под седло запихнул колючку, она разодрала Черту спину в кровь, он и взбрыкнул, — невесело проговорил Алекс. — Когда конюх его распрягал, он и увидел ее.
— Меня, что, хотели убить? — Эрик посмотрел сначала на одного, потом на второго мужчину. — А вдруг я бы не удержался в седле?
— Как уж бы получилось, — отозвался после непродолжительного молчания Алекс, — но напугать хотели однозначно. Вот именно поэтому ты пойдешь в паб и будешь изображать безудержное веселье, словно ничего не случилось. А мы с Мартином будем за тобой приглядывать…
И опять было безудержное веселье — чествовали не только короля охоты, которым снова стал бессменный Джэф, но и других участников. Одну из коз чуть припоздавшим за собаками выжлятникам не удалось отбить, поэтому обсуждали, где и когда следует устроить пикник на свежем воздухе, чтобы дружной толпой отведать жареного на вертеле мяса.
Эрик в этих обсуждениях участия не принимал, решив, что охота для него в этом сезоне закончилась — на Маркизе только на зайцев охотиться, а это будет еще не скоро, где-то по первому снегу, на Черта ему долго не удастся сесть, пока рана от колючки не затянется, а для Крапчатого он еще не готов. Он танцевал, смеялся и по глоточку пил эль, делая вид, как обычно, что уже слегка пьяненький и готов на все.
В самом конце вечера к нему подошел Джэф, который наконец-то разрешил все вопросы, связанные с последующей охотой, которая снова будет на лис, и с последующей, и опять на лис. И только после первых заморозков председатель охотничьего клуба дал согласие устроить охоту на оленя, чтобы не вышло, как с козой.
— Я сожалею, что так случилось.
Джэф был предупредительно вежлив.
Эрик изобразил недоумение, словно не понимал, о чем идет речь, и выразительно выгнул бровь.
— Мне жаль, что Черт понес, — продолжил он свою мысль.
— Ах, ты об этом? — Эрик звонко рассмеялся. — Я и думать уже забыл о том, что случилось сегодня утром. Небольшая эмоциональная встряска мне только пошла на пользу.
— Тогда смею надеяться, — Джэф попытался заговорить вполголоса, — что сегодня у меня больше шансов.
— Ну, не знаю, — Эрик кокетливо пожал плечами.
— Давай потанцуем сначала.
Джэф забрал у Эрика из рук кружку с элем, поставил ее на стол и после этого галантно поклонился приглашая на танец.
— Это кадриль! — снова звонко рассмеялся Эрик, услышав звуки музыки. — Ты хочешь танцевать кадриль?
— А почему нет? — Джэф непонимающе повел плечом. — Танцор я, конечно, плохонький, но еще не стар, чтобы неспешно переставлять ноги только в медленных танцах.
Так весело Эрику давно не было. За это он и любил провинцию — за безудержное веселье, за разухабистые танцы, за смех, за все настоящее. Танцевал Джэф безобразно, Эрику чудом он не оттоптал ноги, и то, скорее всего, благодаря только мастерству самого Эрика.
После танца, еще разгоряченные, они вышли в прохладу ночи и, обнявшись, быстрым шагом пошли к коттеджу «Жаклин». Эрик наотрез отказался идти домой к Джэфу, мотивируя это тем, что тот женат и осквернять супружеское ложе он не желает. Тот только рассмеялся в ответ.
Эрик вздрогнул, когда наружная дверь с громким щелчком закрылась за ними следом.
Джэф сразу же привлек его к себе и влажными губами накрыл рот Эрика.
— Ты стал еще притягательнее и слаще, — проговорил он, покусывая его ушко, когда поцелуй закончился.
— Чай, кофе? — Эрик попытался если не пошутить, то по крайней мере снять напряжение.
— Какой чай? — негромко произнес Джэф. — Показывай, где у тебя спальня…
— Красивый.
