Сеньора Алисия глянула на Каролину так, что та мигом словно стала меньше ростом. Ничего, это ей урок – не будет дерзить тренеру.
– Итак, повторяю: когда мы собираемся вместе, мы все одна команда, «Ева-Мария». А если кому это не по душе – дверь вон там, прошу на выход прямо сейчас. Да, нам нужны игроки, но будьте уверены: достаточно мне бросить клич – и кандидаток набежит на три команды. Так что не испытывайте мое терпение!
Сеньора Алисия обвела взглядом зал. Никто не шелохнулся, даже родители Руфины и Лучиано Дюран. Снова звякнуло сообщение, и мама глянула в телефон. На секунду прикрыла глаза, но не сказала ни слова. Ясное дело: «Колон» опять забил гол. Значит, счет уже три-ноль. Бедняга Пабло.
Сеньора Алисия продолжала:
– Как я уже сказала, сегодня последний день для подачи документов и первого взноса. Мы будем играть изо всех сил, стремиться к победе и получать удовольствие. Ясно?
– Ясно как день, – хором ответили девчонки из старого состава «Евы-Марии».
Новенькие подхватили, чуть запоздав, но ничего – к следующему разу запомнят.
Родители, в том числе и мама, забросали сеньору Алисию вопросами. Кто-то включил на телефоне кумбию, и вскоре собрание легко перетекло в праздник. Две новенькие, Милагрос и Агустина, начали танцевать. Я тотчас вспомнила, как мы с Диего танцевали на набережной, и покраснела. Мы с Роксаной и Яэль наблюдали, как наших игроков, прежних и новых, захлестывает волна веселья.
– Команда складывается, – сказала я, потирая руки.
– Если к декабрю все на сто процентов будут здесь, думаю, шанс у нас есть, – произнесла Яэль. – Как твоя нога, Фурия?
– Мама водила меня к
Незаметно подошел Лучиано и добавил:
– Все равно тебе надо к доктору Гаудио. Он тебя долечит как следует.
Если уж кто знал, насколько важно долечить как следует травму вроде моей, так это Лучиано со своей хромотой.
– В любом случае, – продолжал он, – я уже сказал твоей маме, что помогу тебе по первому свисту. С чем угодно.
– Но почему, Чудодей? – не удержалась я. – Тебе-то это зачем?
Лучиано пожал плечами.
– Хочу стать тренером. Почему бы не в женском футболе? Как только твоя звезда взойдет, все тоже захотят стать таким чудом.
Роксана так и впилась в него глазами.
Подошла мама, взяла за руки меня и Лучиано и сообщила:
– Камила, поскольку Яэль живет в нашем районе, Лучиано вызвался возить тебя на тренировки. Так безопаснее.
– Ты на чем собираешься меня возить, на своем мотоцикле? – Я с трудом представляла, как мы с ним и Яэль втроем поместимся на его «ямахе».
– Подвозить Камилу могу я, – сказала Роксана чуть резче обычного, но моя мама будто этого не заметила. – Я уже год ее подвожу!
– Да ладно, чего там, на автобусе доеду, – успокоила их всех я.
Но мама и слушать не желала.
– Спасибо, Роксана, но я не хочу, чтобы вы мотались в такую даль до нашего района и обратно. Все уже решено по-соседски. Я пообещала Лучиано, что оплачу бензин для его новой машины.
– О, у тебя новая машина?
На конопатом лице Лучиано проступил смущенный румянец.
– Ничего особенного, «Фиат-127». Это не БМВ.
Последнее слово сработало как заклинание, и я внезапно ощутила, что Диего с нами. Похоже, и все остальные тоже. Я потупилась. Лучиано продолжал:
– Ездит – и ладно. Мне ведь все равно сестренку возить, Фурия, так что вообще не вопрос.
– Раз так, я согласна.
Мама улыбнулась – одержала пусть маленькую, но победу.
Роксана, наоборот, надулась.
– Хорошо, скажу маме, чтобы не беспокоилась. А она-то строила планы, и все впустую, – процедила она.
Тут только моя мама заметила сеньору Фонг, воскликнула: «Мария!» – и поспешила к ней.
Лучиано проводил сердитую Роксану взглядом.
Он на нее запал.
Бедолага. Шансов у него ноль.
Такой близости с мамой я давно не чувствовала – наверное, с тех пор, когда была младшеклассницей. В такси она всю дорогу щебетала и дома тоже.
– Должна признаться, ваша сеньора тренер производит впечатление. У нее правильная система. А как вы все ее уважаете – сразу видно! Конечно, и она вас тоже – вон как вступилась за тех девчонок, которые держались за ручки при всем честном народе. Да-а, времена меняются. – Прозвучало это так, будто мама проспала лет сто и только теперь проснулась и увидела совсем новый мир.
У меня на какую-то долю секунды даже возникло искушение подсесть к ней, доверительно положить голову на колени и излить ей душу про нас с Диего. А потом, если духу хватит, спросить, что Мириам подразумевала под
Но после обеда мама сразу включила телевизор. Комментаторы разносили «Сентраль» в пух и прах.
– Что стряслось с Жеребцом? – вопрошала хорошо известная мне Лусиана.
– А что ты вообще понимаешь в футболе? – прошипела телевизору мама из-за своего рабочего стола. Но ведь Лусиана, а не кто-то другой, похвалила мою игру!
А вот и следующий комментатор: