Фурия полностью

– Изабелита, тот приворот, atadura… Я жалею, что сделала его для тебя. Мужа он к тебе привязал, но тебя к нему еще больше – по рукам и ногам. По лицу твоему вижу.

Мама покосилась на меня – так показывают глазами на маленького ребенка, которому не следует знать правду. Но я всю жизнь наблюдала, как они ссорятся с отцом.

Мама под руку повела меня к выходу, но, прежде чем я перешагнула порог, Мириам успела шепнуть мне на ухо:

– У лжи ноги коротки. Не забудь, красавица, не то бегать не сможешь.

Улица, которая вела в центр района Руччи, была так плотно заполнена толпой, что таксисту пришлось высадить нас за квартал от клуба. Место для встречи было не идеальное, зато бесплатное. Когда мы выбрались из машины, мама, посмотрев на храм Рождества Господня на противоположной стороне улицы, перекрестилась и пошла за мной. Я старалась идти медленно, оберегая больную ногу, но от волнения все время ускоряла шаг.

Сейчас я познакомлю друг с другом двух главных женщин в своей жизни – маму и сеньору тренера! Надо же, а нога-то болит гораздо меньше. Может, мне кажется, а может, сработали молитвы Мириам и ее рисовые зернышки. В клубе на пороге главного зала нас с мамой встретили запахи жареных пирожков-колобков bolitas de fraile и горячего шоколада, а еще звонкие девичьи голоса.

Сеньора Алисия, окруженная игроками и их родителями, выглядела так, будто не спала неделю. При виде меня на ее лице отразилось облегчение и даже напряженные плечи расслабились. Она положила мобильник на стол и пошла ко мне, приветственно раскинув руки.

– Фурия! – воскликнула сеньора тренер. – Ты явилась! Ты смогла!

Она приобняла меня и легонько поцеловала в щеку.

Вся мамина уверенность в себе улетучилась. Она застенчиво посмотрела на сеньору Алисию.

– Это моя мама, Изабель, – сказала я, стоя между ними. – Мамуля, это сеньора Алисия, наш тренер.

Они пожали друг другу руки, и мама улыбнулась уже немного увереннее и даже поцеловала сеньору Алисию в щеку. Та просияла и сказала:

– Спасибо, что отпустили Камилу играть. У меня пятеро игроков ушли из команды.

– Уже пятеро? – в ужасе воскликнула я. – Кто еще?

Подошла Роксана, положила руку мне на плечо.

– Про Софию и Марису ты уже в курсе. Еще ушли Абриль, Хисела и Эвелин.

– Что же нам делать?

Сеньора Алисия сжала губы и подбородком показала в дальний конец зала.

– Руфина из «Роялс» привела с собой еще несколько девочек. Каролину, Хулию, Сильвану… имена остальных я еще не запомнила.

– Милагрос и Агустину, – добавила Роксана.

Мама вытянула шею, стараясь повнимательнее рассмотреть Милагрос и Агустину, которые держались за руки, а потом повернулась к сеньоре Алисии и спросила:

– Эти две девочки… они – пара?

Та выставила руку ладонью вперед и сказала:

– Сеньора, личная жизнь моих игроков – их частное дело и не предмет обсуждения. Думаю, здесь не только я рада тому, что мы набрали полную команду, верно, Хассан?

Я вздрогнула.

– Сеньора тренер, я ни на что не жаловалась.

– А я просто спросила, – объяснила мама, дернув плечом.

Я незаметно пихнула локтем Роксану, и та поспешно сменила тему:

– Каролина – вратарь. Еще один вратарь? Вы мной недовольны?

– Я тобой восхищаюсь, китайчонок, – сеньора Алисия засмеялась и взъерошила Роксане волосы. – Просто нам нужен запасной план. Мало ли что. Но не переживай, вы с Фурией незаменимы.

Мама кашлянула.

– Фурия? – переспросила она и блестящими глазами посмотрела на меня.

– А вот полюбуйтесь, сеньора Хассан, – предложила Роксана и включила видео на телефоне.

Репортаж вела Лусиана, и один за другим мелькали кадры моего последнего гола с чемпионата.

– И это показали по телевизору? – ошеломленно спросила мама.

– Выложили в интернет, – ответила сеньора Алисия. – Видео вирусным не стало, но кое-какой резонанс команда получила. Руфина завербовала несколько футболисток из «Роялс», которым известен наш стиль игры, но есть те, кто приехал издалека – аж из Пергамино.

К нам присоединилась Яэль. Она тоже посмотрела закольцованный ролик на телефоне у Роксаны и уверенно сказала:

– С Фурией и сеньорой тренером у нас хорошие шансы на победу.

Мама посмотрела на меня так, будто я превратилась в бабочку.

Вдруг среди присутствовавших в зале фанатов «Сентраля» пробежал шепот. Новенькие, похоже, болели за «Ньюэллс». Никто из них не вопил, радуясь победе, но лица у них были откровенно торжествующие. Мама глянула в телефон.

– Ох, нет, – прошептала она. – «Колон» только что забил гол, и «Сентраль» проигрывает уже два мяча.

Я случайно встретилась взглядом с Руфиной – та довольно ухмыльнулась, и у меня запылало лицо.

Сеньора Алисия мгновенно оценила ситуацию и своим зычным голосом отчеканила:

– Нет-нет-нет, сеньориты, так дело не пойдет. Когда мы вместе, мы все одна команда, «Ева-Мария». Никакого разделения на болельщиков «Сентраля» или «Ньюэллс Олд Бойс».

– А что насчет таких клубов, как «Бока» и «Ривер»? Или «Индепендьенте» и «Велес»? – спросила темнокожая девчонка, которая возвышалась над всеми в зале – она была выше даже сеньоры тренера.

– Это вратарь, Каролина, – шепотом пояснила мне на ухо Роксана.