Налево? Или направо? Он, стараясь ступать мягко, заглянул в левый поворот — никого. Белоснежные скамейки, цветущий розовый куст. Вернулся. Повернул направо и напряг слух. Уши уловили слабый шелест. Еще развилка. Теперь направо. Никого.
Пошел налево. На белоснежной скамейке сидела испуганная богато одетая дама. Её грудь, прекрасно обозреваемая в низком вырезе платья, в волнении вздымалась.
— Как хорошо, что вы здесь! — воскликнула красавица. — Человек в черном напугал меня до ужаса! Он побежал туда! — она показала направление рукой.
«Какая красивая!» — подумал капитан, но что-то в этой картине неуловимо зацепило его внимание. Он, уже было развернувшийся в указанном направлении, вдруг на одну секунду замер и снова посмотрел в сторону дамы.
Под скамейкой, за краешком ее платья, виднелся изысканный фарфоровый кофейник. Чашек не было. Чуть поодаль лежала плотная черная перчатка не по погоде. Красавица проследила за его взглядом и ослепительно улыбнулась:
— Будете кофе? — спросила она, беря кофейник в руки и снимая с него крышку. — У меня еще остался.
Он молниеносно пригнулся: над головой пролетела и шлепнулась на траву жидкость, тут же с шипением оставившая вокруг себя черную проталину земли. В глаза бросился скомканный черный плащ за кустом.
— За что ты так поступила с девочкой? — спросил он.
— Она взяла то, что принадлежало мне.
— Что? — он понемногу подходил к ней, чтобы попытаться резко выбить из рук самое страшное оружие, которое ему доводилось встречать. — Серьги, колье, маленькую пушистую собачку, туфли?
— Мужчину! — выкрикнула женщина, бросая в него кофейником с остатками кислоты. Брызги чуть попали ей на голые руки и лицо, она скривилась от боли, но снаряд цели не достиг. Дефорт, ругаясь, повалил ее на землю. Гримаса злости и бешенства не оставила и следа красоты на этом личике, показавшемся ему сначала идеальным.
Королева нашла укромный уголок, выдохнула и достала свой трофейный кинжал из ножен. «Только бы получилось, только бы получилось!» — бормотала она в состоянии, близком к помешательству. Только бы точка отсчета позволила успеть. Она готова была повторить весь свой путь от начала и до конца: очнуться в карете, ползти по библиотеке от убийцы, отбиваться от пауков в пещере, есть отравленные пирожные, стоять на коленях перед телом Палмера — главное знать, что того, что сейчас случилось с Софи, не произойдет никогда.
Она еще раз медленно выдохнула и приставила кинжал к груди. Руки дрожали.
«Ну же! Втыкай!» — говорила она себе, но духу не хватало. Слабачка! Она чуть вдавила в кожу кончик ножа, побежала струйка крови. Дальше не шло ни в какую. Ей не хватало духа. Может быть, выброситься из окна? Нужны были варианты, дающие стопроцентный результат: быстро, сразу, насмерть. Никаких инвалидностей. Попросить Дефорта? Он гоняется за рыжей тварью по саду. И не согласится ни за что. А кто согласится? Теофиль? Вряд ли. Думай, давай. И она придумала. Это был не самый лучший план, но другого у нее не нашлось.
Капитан Дефорт позволил Эдмару нести службу в малом тренировочном зале, обучая знатных юношей бою на мечах. Первая группа учеников уже со смехом и дурацкими шуточками разошлась, завершив урок, до следующей еще было время и он поднимал и выставлял в ряд поваленные вояками соломенные чучела.
— Эдмар! — окрикнул его один из приятелей, заглядывая в зал, — тебя королева вызывает в свои покои. Бегом!
После неудавшегося покушения на бывшую возлюбленную, он ее ни разу даже не видел. Зачем Ровена его зовет? Может быть, передумала быть милостивой и хочет отдать под суд? Или будет насмехаться? А может быть… Он отогнал от себя обнадеживающие мысли, преодолевая лестничные пролеты и коридоры.
На посту у покоев Ровены стояли знакомые ребята, они подмигнули Эдмару и отпустили пару глупых шуток. Он постучал в дверь.
— Открыто. Входи, — донеслось в ответ.
Ровена стояла у окна, спиной к нему. У Эдмара заныло сердце, когда он увидел, что девушка стоит с распущенными волосами, без короны, в милом розовом платье. Юноша словно переместился в прошлое и вновь видел ту, которую страстно полюбил, и которая полюбила его взаимно. Она повернула к нему свое прекрасное лицо, печально взглянула прямо в глаза и произнесла:
— Эдмар, возлюбленный мой! Я так виновата перед тобой. Но обещай, что поможешь мне. Пришла пора раскрыть тебе правду.
— Какую правду, Ровена? Что происходит? Я чуть не убил тебя! Как объяснить твое поведение?
— Страшное несчастье случилось со мной. Теперь я не та, что раньше. Ужасная ведьма из другого мира вселилась в мое тело и вынуждает творить чудовищные поступки. В минуты, когда ко мне возвращается мое истинное сознание, как сейчас, я испытываю чудовищные муки. И есть лишь одно средство спасти меня!
— Какое же?! — воскликнул юноша.
— Ты должен убить ведьму.
— Но как?
— Вот, — она протянула ему небольшой, с виду обыкновенный, нож. — Это волшебный кинжал, он заговоренный. Если быстро и точно вонзить его в сердце нашего с ней общего тела, то мне он не принесет никакого вреда, а ведьму убьет навсегда. И мы с тобой снова будем вместе.
