— Оксана, бросай эти детские перепалки, я прекрасно знаю, как начинают блестеть твои глазки после первых же глотков легкого вина.
Я открываю рот, чтобы возразить, но тут же его закрываю. Потому что на самом деле, мне нечего ему возразить. К тому же на меня все сильнее накатывает такая дикая усталость, что у меня нет ни желания, ни сил продолжать с ним спорить. Максим плавно останавливается с обратной стороны своего дома, и темный лес, что стоит прямо за ним, смотрится сейчас довольно пугающе и мрачно. Заглушив мотор и выйдя из машины, он открывает дверцу с моей стороны, а я продолжаю сидеть, даже не шелохнувшись, у меня просто нет сил. Тогда Максим наклоняется ко мне и отстегивает ремень, а я смотрю на него сквозь полуприкрытые веки и думаю о том, какой красивый у него профиль.
— Вылезать из машины будешь? — хриплый голос Макса немного возвращает меня в реальность. Ну, почти возвращает, ровно настолько, насколько это позволяет степень моего опьянения.
— Я не могу встать, — уныло объясняю ему, — я устала.
— Горе ты мое — с тяжелым вздохом Максим просовывает руки под мои колени и спину и помогает вылезти из машины. Он пытается поставить меня на ноги, но те предательски подкашиваются, и он прижимает меня к себе, чтобы я не упала вниз.
— Клянусь, я не специально, — извиняющимся тоном бормочу я куда — то ему в грудь.
Я знаю, бабочка, знаю, — шепчет Максим, и подхватывает меня на руки. Я чувствую, как он несет меня, и предполагаю, что мы направляемся в его студию. В моем пьяном мозгу вспыхивает вопрос, почему не к нему домой? А ведь я тоже понятия не имею, где он живет. Снова загадки, вопросы, и я так устала от них. Я уже давно не сопротивляюсь своей усталости и, спокойно закрыв глаза, утыкаюсь носом в шею Максима, вдыхая его такой приятный мужской аромат. Я хочу верить, что все, так или иначе, будет хорошо.
Глава 13
Все, что было дальше, больше походило на карусель. Вокруг меня все вертелось, и я с трудом понимала, где нахожусь. Не могу сказать, что мне было действительно плохо, скорее наоборот, мои чувства полностью отключились, и я пребывала в странном сознании, при этом не имея ни малейшего понятия, что происходит рядом со мной. Я только запомнила, как меня уложили на что — то очень мягкое, и я тут же провалилась в сон. Но даже во сне я пребывала точно в качке, меня то подбрасывало вверх, то опускало вниз, а потом все вокруг снова кружилось и кружилось. Я пыталась разомкнуть тяжелые веки, чтобы это прекратить, но у меня ничего не выходило. А потом пришло долгожданное полное отключение.
Ото сна меня пробуждают солнечные лучи, которые так согревают меня, что становится совсем жарко. Отбросив в сторону тонкое одеяло, я зарываюсь лицом в подушку, не желая просыпаться. Потянувшись, так и не открывая глаз, я вздохнула, убрала с лица упавшую прядь волос, и только после этого поняла, что чувствую себя как-то не совсем обычно. Резко открыв глаза, точно что — то вспомнив, я обнаруживаю, что нахожусь в незнакомой мне комнате. Я лежу на чужой кровати, на мне вчерашняя водолазка и трусики, а вот джинсов на мне нет. «Максим! — тут же понимаю я, — это он меня раздел, чертов извращенец!» Я поворачиваю голову в бок и тут же натыкаюсь на него самого. Он сидит прямо напротив меня на стуле, опираясь локтями о колени, и держит в руках стакан с водой. Он задумчиво смотрит на меня, и один черт знает, какие мысли у него сейчас в голове.
— О Боже! — шепчу я и пытаюсь спрятать лицо в подушке, попутно ища руками одеяло, чтобы прикрыться.
— И тебе доброе утро, — я слышу насмешливый голос Максима и зажмуриваю глаза в надежде, что все это происходит не со мной. — Можешь не прикрываться, ничего нового я все равно не увидел.
— Зачем ты меня раздел?
— Спать в одежде не очень — то удобно, но ты так сопротивлялась, что я оставил попытки снять с тебя еще и кофту.
Я чувствую, как рядом со мной прогибается постель, а затем рука Максима пытается развернуть меня к себе, но я сопротивляюсь.
— Ну же, Оксана, повернись ко мне, — вкрадчиво уговаривает он меня, и я все же поддаюсь на его уговоры. Встретившись с ним взглядом, я чувствую, как волна стыда накрывает меня. Теперь он будет думать обо мне невесть что.
— Который сейчас час? — пищу я, стараясь не думать о том, в каком виде я вчера перед ним предстала.
— Полдень, ты проспала почти двенадцать часов.
— Что? — я резко поднимаю голову, от чего она начинает буквально разрываться от боли. — Моя Мадонна!
— Не понял? — с недоумением спрашивает он.
— Я пропустила занятия! Сегодня ведь суббота?
— Да, Оксана, сегодня суббота, — пытается успокоить меня Максим, — тебе нужно выпить воды.
Он пихает мне стакан с водой, и я быстрыми глотками осушаю его. Но во рту все равно остается сухо.
— Спасибо, — бормочу я, сокрушаясь, что теперь у меня прогул, я могла бы уже сегодня закончить копию своей «Мадонны с младенцем».
— Ну что, хорошо вчера расслабилась? — с голосом, полного сладкого яда, спрашивает Макс.
— Просто чудесно, — я готова провалиться сквозь землю или оказаться сейчас где угодно, но только не здесь. И кстати где я?
— А мы…
