Во всех рассмотренных случаях речь идет о пленниках, насильственно переселенных в чужую землю и обращенных в рабство. Среди них могли оказаться и приграничные половцы, и «болгары дунайскые», и мятежные обитатели Понизья. Поэтому неудивительно, что галицкие смерды столь живо откликались на появление князей, опиравшихся на воинства половцев и понизовцев — Ивана Берладника и Мстислава Удалого. С другой стороны, дружба со смердами претендентов на галицкий стол едва ли могла понравиться самим галичанам, а, скорее, наоборот, должна была посеять в них разочарование и неприязнь, какие имели место в случае с обоими нашими героями.
Свою негативную роль в судьбе Мстислава Удалого сыграли и его военные неудачи. Ушли в прошлое те времена, когда славные галицкие полки под предводительством князя или воевод совершали победоносные походы далеко за пределы своей земли, завоевывая богатые трофеи, пленников и подчиняя Галичу чужие волости и города, как это было при «славном полками» Ярославе Осмомысле и «подобном гепарду» Романе Мстиславиче, подчинившем Киев и ставшем, по словам летописи, «самодержцем всей Руси»[2226]. Теперь Галичина сама стала ареной кровавых столкновений, терпя при этом неисчислимые бедствия. Постоянные войны, много лет подряд шедшие на территории Галицкой земли, многочисленные вражеские вторжения, разорение и гибель людей — таков печальный след, оставленный в земле «удалым» князем после десяти лет кровавой борьбы за галицкий стол и столь же неблагополучного княжения[2227].
Явно не в лучшем виде показал себя Мстислав и в битве русских князей с татарами на реке Калке. Его поступки вносили разлад в общие действия, послав вперед с войсками Даниила Романовича, он не поставил в известность об этом других князей «зависти ради», как выражается летописец, «бе бо котора велика межю ими»[2228]. К тому же Мстислав первым покинул поле битвы, спасаясь бегством: «преже всех перебеже Днепр» и «лодьи посещи»[2229]. Некоторые исследователи называют «удалого» князя главным виновником тяжелого поражения русских войск, гибели множества князей и «воев»[2230].
Крайне негативно воспринимали галичане постоянное использование Мстиславом в собственных целях половецких наемников — злейших врагов Руси. В период борьбы за Галич князь «наводил» половцев, чинивших «великое зло» земле: «…они же (половцы. —
И в дальнейшем галичане крайне настороженно и с подозрением относились к любым контактам своего князя с половцами, пусть даже мнимым, постоянно ожидая напастей с этой стороны. О крайнем недоверии и отчуждении между общиной и князем свидетельствует следующий факт. Некий «льстивый» Жирослав поведал галицким боярам «Идеть Мьстиславъ в поле и хощеть вы предати тестеви своему Котяню на избитье»[2233]. И хотя Мстислав, если верить летописцу, даже не помышлял о таком вероломстве, Жирославу не составило никакого труда убедить галицких бояр, и князю, чтобы погасить конфликт, пришлось потом долго оправдываться перед ними[2234].
Наконец, нельзя сбрасывать со счетов того обстоятельства, что Мстислав Удалой был уже далеко не молод[2235] и, по-видимому, все больше слабел[2236]. Летописи не сообщают даты рождения Мстислава, но по целому ряду косвенных данных ее можно приблизительно установить, По подсчетам А. В. Эммаусского, в 1178 г., когда князь получил первый в своей жизни удел, ему было от пятнадцати до двадцати лет[2237], следовательно, к моменту отставки (1227 г.) Мстиславу должно было исполниться 64–69 лет.
Старческая немощность уже не позволяла князю, некогда славному блестящими победами, участвовать в сражениях, даже когда дело шло о защите своей земли от внешних врагов. В последние дни пребывания у власти Мстислав почти не покидал Галича, несмотря на то, что в земле хозяйничали враги. Он так и не принял участия ни в изгнании венгров, ни в отражении поляков, — напрасными были настойчивые уговоры Романовичей и воеводы Глеба Зеремеевича[2238]. Галичане тогда, судя по всему, сражались с врагами под руководством волынских князей и своих воевод.
Престарелый князь не только не справлялся с внешними врагами, но и плохо рядил внутренние дела. В результате серьезно обострились противоречия между Галичем и его «пригородами», что создало реальную угрозу территориальному единству земли, фактически привело к отделению не только Понизья, но и «горной страны Перемышльской»[2239]. Все это предопределило приговор общины князю, звучащий в летописи из уст бояр: «не можешь держать сам» Галича.
