"Порядок и Хаос. 'Создатели' так боялись распада, что создали вот это," – он кивнул на оазис. – "Вечную, но мертвую красоту. Мир, застывший в одном мгновении, неспособный к развитию. Это – тюрьма. А вирус – это освобожденный Хаос, который пожрал все вокруг и в итоге самого себя. Это – самоубийство".
Он впервые так ясно увидел ущербность обеих крайностей. И понял, что его собственная миссия, миссия носителя баланса – это не просто выбор между двумя силами. Это поиск третьего пути. Пути, на котором жизнь может развиваться, меняться, но не пожирать саму себя. Пути, на котором есть место и структуре, и переменам. Человеческого пути.
"Пора," – сказал он, отрываясь от созерцания. – "Мы нашли идеальное место. Кассандра, выведи нас на орбиту, на темную сторону планеты. Я начну 'призыв'".
Вернувшись на орбиту, Алекс сел в капитанское кресло и сосредоточился. Он 'потянулся' Эгидой к планете. Но его целью был не оазис. А руины столицы, где, по данным Кианы, находился взорванный центральный реактор – самый большой источник энтропии.
Он нашел его. Огромный кратер, полный радиоактивного шлака и умирающей энергии.
И он начал свою 'работу'. Он не стал уничтожать хаос. Он начал его упорядочивать. Ключ, усиленный Эгидой, действовал как гигантский ментальный 'пылесос'. Алекс собирал рассеянную энергию, стабилизировал распад изотопов, выстраивал хаотичные электромагнитные поля в стройные структуры.
На месте взорванного реактора, в самом сердце мертвого города, на короткий, ослепительный миг возникла идеальная, сияющая сфера чистого Порядка.
Это была вспышка. Беззвучная, видимая только для тех, кто мог чувствовать ткань реальности.
Алекс, мокрый от пота, откинулся в кресле. "Все. Я забросил наживку. Теперь… ждем".
Они затаились на темной стороне планеты, превратившись в еще один мертвый камень на орбите. Они ждали, когда на их тихий, идеальный свет слетится самая страшная и темная тень в этой части галактики.
Глава 75. Ответ Тишины
Ожидание было похоже на погружение в ледяную воду. Медленно, мучительно, с каждой минутой все сильнее сдавливая легкие. "Фантом" висел на темной стороне мертвой планеты, абсолютно безмолвный. Мостик был погружен в полумрак.
"Прошло два часа," – голос Воррна прозвучал в тишине как скрежет камня. – "Ничего. Может, он не почувствовал? Или его здесь нет?"
"Он почувствовал," – тихо ответил Алекс. Он сидел в капитанском кресле, его сознание было растянуто, как паутина, на сотни тысяч километров. – "Он здесь. Он просто… очень осторожен".
Он не осторожен. Он умен, – поправил его Ключ. – Он не реагирует на очевидный вызов. Он анализирует аномалию, ищет источник. Он понимает, что это ловушка.
Чует… боится… – прошипела Тень.
Внезапно Киана вскрикнула, указывая на свой сенсорный экран. "Что-то… приближается. Капитан, вам стоит на это посмотреть".
На главном экране появилось изображение. Из черноты космоса, со стороны внешней границы системы, к ним медленно летел корабль. И это было самое странное и самое красивое зрелище, которое они когда-либо видели.
Корабль не был сделан из металла. Он, казалось, был вырезан из цельного куска материала, похожего на переливающийся перламутр или жемчуг. Его форма была идеально симметричной и постоянно, плавно менялась. Он был похож то на гигантского космического мотылька с крыльями из света, то на сложный кристаллический цветок, раскрывающий свои лепестки. У него не было ни двигателей, ни орудий, ни иллюминаторов. Он просто плыл в пустоте, оставляя за собой едва заметный шлейф из радужной пыли. Он был воплощением не хаоса разрушения, а хаоса созидания и бесконечных возможностей.
"Что… это… такое?" – выдохнул Воррн.
"Это он," – сказал Алекс. Он чувствовал его. Сознание, которое было на борту этого корабля. Оно не было похоже на холодную логику 'Антипода', которого они оставили у 'Цикады'. Оно было… игривым. Любопытным. Бесконечно древним и бесконечно юным одновременно.
Корабль-мотылек не проявлял агрессии. Он подлетел к мертвой планете и завис прямо над искаженной сферой, которую создал Алекс.
"Он изучает твою работу," – прошептала Киана.
Осторожно, – предупредил Ключ. – Его структура… она нестабильна по своей природе. Он существует во множестве вероятностных состояний одновременно. Я не могу просчитать его дальнейшие действия. Он – абсолютный джокер.
Корабль медленно повернулся в сторону "Фантома", хотя они и были в режиме полной маскировки.
И в их головах раздался голос. Не через комлинк. А напрямую. Голос был похож на перезвон тысячи хрустальных колокольчиков, и он одновременно и пел, и говорил, и смеялся.
"Забавная игрушка Порядка. И еще одна. Более грубая, сломанная. Кто вы, маленькие аномалии, что пришли в мой сад?"
Он чувствовал их. Он чувствовал Алекса. "Сломанная игрушка".
Алекс понял, что прятаться бесполезно. "Кассандра, отключи маскировку".
"Капитан?"
"Выполняй".
"Фантом" появился из небытия. Матово-черный, хищный, он выглядел как грубый кусок угля рядом со сверкающим бриллиантом.