Потребовалось немного усилий, чтобы перестать смотреть на неё и заняться собой.
Когда я остался без одежды, Мина тоже посмотрела на меня — внимательно, с интересом, не пряча взгляда. Причём не каждая девушка так смотрела. Я даже испытал лёгкую неловкость, пусть и мимолётную. Похоже, ей хотелось гораздо большего, чем мне казалось. Хотя особо-то смотреть не на что — не культурист я, конечно. Просто немного рельефа из-за постоянных путешествий и движения.
— Я тоже готов, — сказал я, встав рядом. — Начинаем? На счёт «три»?
— Да.
Мина отсчитала — и мы почти одновременно нырнули с берега в воду. Та сразу показалась странной — не вязкой, но плыть в ней было неожиданно тяжело. Вода будто слегка сопротивлялась, не давая разогнаться как следует. Мина, похоже, не чувствовала никаких преград — двигалась легко, быстро отрываясь от меня, даже не задействовав крылья.
Да как так? Может, она использовала свою силу? Ладно, если так, то пора и мне включить свои ресурсы.
Я усилил мышцы, задействовал магическую поддержку тела — и дело пошло бодрее. Удалось немного сократить отставание, но этого всё равно не хватало, чтобы хотя бы поравняться с Миной. А она по-прежнему не включала крылья. С какой бы скоростью тогда рванула, если бы использовала и их? Наверное, как катер на полной скорости. Мысль эта сама по себе показалась смешной — в здешнем мире вряд ли кто-то поймёт такое сравнение.
Как и ожидалось, первой к царь-лотосу доплыла Мина. Я не сильно отставал, поэтому ей не пришлось долго ждать.
— Признавайся: ты применила свою силу? — выдохнул я, подбираясь к гигантским лепесткам и с интересом их осматривая.
Они были насыщенного красного цвета, плотные, как ткань, и размером больше человеческого роста. Настоящий монстр среди лотосов.
— Нет, что ты, — усмехнулась Мина. — Я просто люблю плавать. С детства тренируюсь.
Ну, тогда всё ясно: это ж почти как соревноваться с профессиональным пловцом.
— Понял. Но всё равно ты слишком быстрая. За тобой не угнаться.
— Наверное, дело в разной коже.
— В коже? — удивился я.
— Наша отличается от человеческой. У людей — не важно, мужчина это или женщина — кожа грубее. У нас она более гладкая — в воде меньше сопротивления, вот и двигаемся быстрее.
— Допустим. Но всё же разница чересчур заметная. Что ж, признаю — победа за тобой.
— Да какая разница, кто победил? Мы же оба сюда добрались. Хочешь забраться внутрь лотоса?
— А что, можно?
— Конечно. Ради этого мы сюда и плыли.
— Тогда хочу. Интересно же.
Мина держалась на поверхности легко, будто невесомая. Она протянула руку к лепестку — и я сразу заметил, как от её прикосновения вспыхнули частички магии жизни. Даже без магического зрения это было видно: лёгкое свечение, будто тепло струится по поверхности цветка.
Лепестки начали раскрываться. Мы чуть отплыли назад, чтобы дать царь-лотосу полностью открыться. Он раскрывался неторопливо, но величественно, словно принимал нас в гости.
— Залезай по лепестку, — сказала Мина. — Не бойся, он очень прочный, выдержит кого угодно.
— А потом что? — спросил я, поднимаясь всё же аккуратно.
— Увидишь, — улыбнулась она. — Поверь, будет красиво.
Что-то мне подсказывало: стоит нам оказаться внутри — и Мина захлопнет этот огромный цветок, оставив нас наедине. И места там внутри, судя по габаритам, хватало не только чтобы просто сидеть…
Может, она решила не затягивать?
Забраться по лепестку царь-лотоса в его центральную часть оказалось несложно. Там, посреди цветка, располагалась розовая, мягкая, круглая «подушка», окружённая какими-то тонкими стебельками. Честно говоря, я никогда особенно не разбирался в строении цветов, так что названия этих частей не знал.
На саму «подушку» садиться не стал — устроился у основания одного из лепестков.
Мине было ещё проще: она сделала пару мощных взмахов крыльями, легко выпрыгнула из воды и мягко опустилась прямо напротив меня.
— Сейчас будет очень красиво, — сказала она, уселась, сложив крылья, и легонько коснулась лепестка.
Я снова увидел, как действует её магия: лепестки плавно сомкнулись, и мы оказались словно в небольшой тёмной комнатке. Всё погрузилось в плотную, почти осязаемую темноту. И только я собрался подумать, что же в этом такого красивого, как вдруг центральная часть лотоса засветилась мягким красным светом. Теплый, рассеянный, свет заполнил всё пространство, создавая интимную, почти камерную атмосферу.
— Ну как? — спросила Мина. — Тебе нравится?
— Да, очень красиво. Только эта атмосфера, как бы тебе сказать…
— Интимная? — сразу поняла она. — Согласна. Бывает, некоторые пары проводят в таких царь-лотосах время. Думаю, ты понял, как именно.
— Да, понял. А почему ты села напротив?
— Чтобы тебя видеть, — как ни в чём не бывало ответила Мина, а потом, поняв смысл моих слов, добавила: — Ты об этом… Давай снова честно поговорим?
