Редко морякам приходилось выслушивать столь недвусмысленные распоряжения. Если ветер не переменится, а киль судна ни на дюйм не отклонится от курса, то бриг выбросит прямо к Евангелистам, на чем попытку прорыва в Тихий океан можно будет считать законченной. Или же, отдавшись на волю стихии, остается направиться на юг и плыть до тех пор, пока море не успокоится.
– Вот теперь настало время прочитать молитву, преподобный Хейл, донесся сквозь свист ветра до слуха привязанного к мачте Эбнера голос капитана. Священник обратился к Господу с горячей молитвой о том, чтобы ни ветер, ни нынешний курс судна ни на йоту не изменились.
И тут же ушатом ледяной воды на всех обрушился голос Коллинза:
– Корабль сносит, сэр.
– Я и сам успел это почувствовать, мистер Коллинз, – прохрипел капитан, на суровом лице которого не отразилось ни капли страха.
– Следует ли нам отпустить рифы у марселя?
– Поднимайте все паруса, мистер Коллинз.
– Но при таком ветре бриг может сильно снести в сторону, а то и опрокинуть.
Капитан задумался, внимательно наблюдая за тем, как его корабль теряет все завоеванное расстояние, и прокричал:
– Нам необходимо поставить все паруса, и тогда мы проскочим. Если же нет, то и неважно: мы и так растеряли перво начальное преимущество.
И он резко обернулся к своим людям, тянувшим штаги, чтобы ещё выше поднять марсель под ветер. Здесь парус мог бы противостоять сносящему судно боковому ветру. Но в тот же момент такелажем заклинило самый верхний блок, и марсель опасно заполоскался на ветру. В эту секунду всем показалось, что "Фетида" обречена.
– Эй, вы, там, ты и ты! Освободите верхний блок! – скомандовал капитан. Находившиеся на палубе Кридленд и старый китобой отвязались от леера и бросились к вантам, чтобы вскарабкаться на грот-мачту.
Быстро, как обезьяны, используя свои верные руки и крепкие ноги, моряки взлетели на мачту, раскачивающуюся в ледяном вихре.
– Да защитит их Господь! – молился Эбнер, видя, как вы соко над его головой матросов треплют порывы ветра.
Теперь маленькая "Фетида" очутилась в самом бурном сегменте моря, где вода бесилась в водоворотах, порожденных Четырьмя Евангелистами. Волны наваливались на правый борт, раскачивая бриг так, что верхняя часть грот-мачты, где сейчас работали два матроса, описывала почти стоградусную дугу. Грот-мачта при каждом наклоне потрескивала, словно желая стряхнуть с себя двоих дерзких. Во время одного из таких моментов с Кридленда сдуло зюйдвестку, и он протянул руку, чтобы схватить её. Снизу казалось, что с ним покончено, но жертвой происшествия оказалась всего лишь его шапка.
– Господи, спаси его душу! – ужаснулся Эбнер.
– Попробуйте ещё раз перетянуть такелаж, он ослаб! – приказал капитан.
– Пока не получается! – отозвался второй помощник.
– Нас несет прямо на скалы, мистер Коллинз?
– Да, сэр.
– Может быть, стоит послать наверх помощь?
– Бесполезно, – мрачно отозвался Коллинз.
Итак, двое мореплавателей мрачно обозревали картину бурного моря, уповая на чудо.
– Попробуйте ещё раз! – кричал капитан, но ответа не по следовало. Уперев руки в бока, Джандерс сделал несколько глубоких вдохов и, наконец, произнес: – В нашем распоряжении от силы минут восемь, мистер Коллинз. Но, надо сказать, что предпринятая попытка была достойной.
В этот момент Эбнер забыл обо всех остальных, кроме тех двоих, продолжавших выписывать немыслимые акробатические номера где-то в небесах. Ледяной дождь и порывистый ветер сводили все их усилия на нет. Казалось, что вся качка сосредоточилась вокруг этих двоих. Священнику вдруг вспомнилось, как старому китобою не хотелось огибать Мыс Горн, не имея собственной Библии. И преподобный Хейл принялся возносить молитву за спасение этих храбрецов, от которых сейчас зависела судьба каждого на корабле. И когда они, словно черные тени, мелькали на фоне серого неба, вместе с ними в штормовой круговерти летела молитва Эбнера.
– Ещё раз! – воскликнул Джандерс, когда истекли две из восьми отпущенных бригу минут. В ответ раздался радостный крик матросов, и застрявший такелаж побежал вниз, вздымая кверху крыло марселя. Ветер тут же наполнил белый треугольник, и снос корабля к берегу прекратился.
– Я чувствую, что мы вновь твердо встали на курс! – торжествующе произнес Джандерс.
– Да! "Фетида" вновь на курсе, – подтвердил мистер Кол линз.
– Сможем ли мы теперь обойти Евангелистов?
– Разумеется, – хладнокровно, чтобы не выдать своего ликования, отозвался первый помощник.
В эти последние страшные минуты, когда маленькая "Фетида" восстановила свой курс на север и вплотную подошла к Евангелистам, все находящие на палубе убедились, с какой безупречной точностью она разминется с грозными скалами.
– Господь на нашей стороне! – совсем уж не по-пастырски возопил Эбнер.
