– Ещё одно слово, и ты заставишь меня… у-у-у-, – Джереми взвыл как волк. – Пип, сделай это сейчас же!
Чиа догадалась, что Пип использует мыслеплёт против Виолы. Но это всего лишь заставит её говорить то, что им хочется услышать. Сейчас у девочки была возможность выяснить правду.
– Подожди! – крикнула она.
– О, это глупо, пойдём, – сказала Виола. – Не обращай внимания на этих диких животных, пойдём со мной. Я – твоя сестра. Они – ничто для тебя.
Чиа выхватила лук из-за спины и достала стрелу. Натянув тетиву, она сосредоточилась, вспоминая, чему её учили. А учили её Артемий и мисс Роберта. Сейчас они не могли ей помочь, но их наставления звучали в ушах, пока она готовилась к выстрелу. Наконец, она сделает то, что надо, и узнает правду.
– Да, да! Стреляй! – воскликнул Джереми.
Чиа отпустила тетиву, думая о сестре и правде. Она приготовилась её услышать.
– Ах ты, подлюга! Ой! Больно! Что это, какой-то забавный детский наборчик, который они тебе подарили? Правда, Чиа, я думала…
– Замолчи, – крикнула Чиа. – Скажи мне правду. Скажи, зачем ты схватила Клэриэль. Скажи, что Присцилла заставила тебя это сделать. Что она обманула тебя. Скажи мне, что ты – хорошая. Что всегда была хорошей. Скажи, что ты это имела в виду, когда говорила, что забудешь это место, всё это волшебство и сбежишь со мной.
Виола судорожно сглотнула в ответ.
– Правда в том…
– Да, давай, скажи нам, – подбодрил её Пип. – Признайся. Пришло время истины.
– Я… ненавижу… тебя. Всегда ненавидела. Ты заставляла делать меня то, чего я не хотела. Солдаты!
Чиа поворачивала голову влево и вправо, не понимая, что происходит. Она слышала удары, лязганье, крики, стоны. Было похоже, что вокруг снова разгорелась битва.
Но сердцу её было не до того. Оно разрывалось надвое. Девочка застыла на месте. Онемела. Сестра сказала ей правду, которую она не хотела и не ожидала услышать.
– Ты ненавидишь меня?
– Берегись, Чиа, – это был Пип.
Но Чиа не двинулась с места. Не хотела двигаться. Что бы сейчас с ней ни произошло – она это заслужила. Это она привела друзей в ловушку. Она привела их сюда, чтобы спасти сестру. А сестра не хочет, чтобы её спасали. Она почувствовала, как что-то её ударило, а потом ещё что-то. Девочка упала, не понимая, что происходит.
Раздавались крики, но Чиа их не замечала. В голове звучали только слова Виолы. Слова ненависти.
Но когда крик Пипа прорезал окутавшее её безмолвие, Чиа заставила себя собраться.
– Моя милая Хайди! Что она сделала?
Чиа села, ощупывая пространство вокруг себя. Утка. Две утки. Пип и Хайди. Девочка нашла их и подняла высоко вверх. По рукам потекло что-то густое и влажное. Пип рыдал.
– Что случилось?
Ещё удары, лязганье, потом тишина.
– Мы победили их, но твоя сестра сбежала, – Роберт тяжело дышал.
– Пип? Хайди? Где Джереми? – Чиа ощупала пространство слева и обнаружила пушистое тело Джереми. Неподвижное и покрытое густой жидкостью.
– Ваше вы… Виола нанесла удар обоим, Хайди и Джереми, – произнёс Роберт.
Пип рыдал так громко, что сердце Чиа заходилось от боли и сострадания к нему.
– Кто-нибудь, спасите её! Пожалуйста! – взвывал Пип.
– Виола? Она… – Чиа села, сгорбившись, поражённая и подавленная. – Они ещё живы?
– Да. Пип, ты можешь спасти Джереми. Быстро, капни своими слезами ему в пасть, – скомандовал Роберт.
– Мне нужно спасти Хайди, а не этого ужасного лиса, – ответил Пип, и со звуком, похожим на поросячье хрюканье, втянул в себя слёзы.
– Как? Неужели Пип может его спасти? – Чиа подняла лиса с земли и прижала его безжизненное тело к груди. – Прости, Джереми! Я не хотела, чтобы с тобой случилось такое. Скорее, Пип, помоги ему.
– Нужнее спасти Хайди, а не его, – ответил Пип.
– Джереми умирает. Ты должен сделать это немедленно, – приказал Роберт.
– Проклятье! Хорошо!
Чиа нащупала Пипа напротив себя и на дрожащих руках протянула к нему Джереми.
– Вот, сделал, – сказал Пип секунду спустя. – А как же Хайди? Сделать то же самое с ней?
– Нет, с ней всё хорошо. Она не может умереть. Она бессмертна. Она скоро проснётся, – успокоил его Роберрт. – Отлично, дружище. Джереми приходит в себя.
– О, фу, что за отвратительный вкус во рту? – Джереми вернулся к жизни.
– Мои слёзы! Ты только что проглотил мои слёзы! Кря! – Пип смеялся и плакал одновременно.
– Твои слёзы? Отвратительно! Вот что. На этот раз я съем тебя на самом деле. О… почему у меня все рёбра так болят?
Чиа почувствовала, как Джереми снова рухнул к ней на колени.
– Тебя убили. Пип спас тебя. Своими слезами, думаю.
– Перед нашим походом мы использовали капельку волшебной пыли для Пипа, чтобы он снова начал говорить. И оно всё ещё действует, – пояснил Роберт. – Слёзы Пипа своей волшебной силой исцелили Джереми.
– А Хайди? Ты уверен, что с ней всё хорошо? – волновался Пип.
– Кря-кря, – произнесла Хайди, приходя в себя.
– Хайди, мой ангел, любимая! Ты жива! – Пип обезумел от радости.
– О боже. И этот тупой селезень меня спас? – простонал Джереми.
– Да, именно он. Своими слезами, – ответил Роберт.
Джереми очень громко, с трудом сглотнул.
– Думаю, я вроде того, то есть должен сказать… Пасиб.
