«В связи с обострением обстановки в г. Москве — столице Союза Советских Социалистических Республик, вызванным невыполнением постановления Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР № 1 от 19 августа 1991 года, попытками организовать митинги, уличные шествия и манифестации, фактами подстрекательства к беспорядкам, в интересах защиты и безопасности граждан в соответствии со статьей 127–3 Конституции СССР
ПОСТАНОВЛЯЮ:
1. Объявить с 19 августа 1991 года чрезвычайное положение в г. Москве.
2. Комендантом города Москвы назначить командующего войсками Московского военного округа генерал-полковника Калинина Н. В., который наделяется правами издавать обязательные для исполнения приказы, регламентирующие вопросы поддержания режима чрезвычайного положения».
Этот указ не имел никаких реальных последствий — защитники Белого дома, митингующие в других местах, и не думали расходиться. Напротив, такие замахи на удар без удара лишь распаляли ярость протестующих. На информационном поле — помимо запретов —
«О ВЫПУСКЕ ЦЕНТРАЛЬНЫХ,
МОСКОВСКИХ ГОРОДСКИХ И ОБЛАСТНЫХ ГАЗЕТ
В связи с введением с 19 августа 1991 г. в Москве и на некоторых других территориях Союза Советских Социалистических Республик чрезвычайного положения и в соответствии с пунктом l4 статьи 4 Закона СССР „О правовом режиме чрезвычайного положения“ Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР постановляет:
1. Временно ограничить перечень выпускаемых центральных, московских городских и областных общественно-политических изданий следующими газетами: „Труд“, „Рабочая трибуна“, „Известия“, „Правда“, „Красная звезда“, „Советская Россия“, „Московская правда“, „Ленинское знамя“, „Сельская жизнь“.
2. Возобновление выпуска других центральных, московских городских и областных газет и общественно-политических изданий будет решаться специально созданным органом ГКЧП СССР».
И самоуспокоительного заявления —
«Уже первый день действия чрезвычайного положения в отдельных местностях СССР показал, что люди вздохнули с облегчением.
Сколько-нибудь серьезных эксцессов нигде не отмечалось. В ГКЧП СССР поступают многочисленные обращения граждан в поддержку принимаемых мер по выводу страны из тяжелейшего кризиса. Первая реакция из-за рубежа на события в нашей стране также характеризуется определенным пониманием, потому что худший из мыслимых сценариев развития, который больше всего беспокоит иностранные государства, — это хаос и анархия в нашей ядерной стране. Разумеется, и внутри нашего общества, и за границей в связи с введением чрезвычайного положения высказываются и недоверие и опасения. Что ж, они имеют под собой основание: ведь в последние годы, к сожалению, очень часто реальные дела в нашем государстве не имели ничего общего с провозглашенными целями. Надежды народа неоднократно оказывались обманутыми. На этот раз мы сделаем все, чтобы деятельность советского руководства заслужила доверие.
В большинстве союзных и автономных республик нашей Родины поддерживают принятые меры, вызванные исключительно острой ситуацией. Народы понимают, что ГКЧП СССР никоим образом не намерен посягать на их конституционные суверенные права.
Диссонансом в этот критический момент, когда требуется общенациональное согласие, прозвучало обращение, подписанное утром 19 августа сего года руководителями РСФСР Б. Ельциным, И. Силаевым и Р. Хасбулатовым. Оно выдержано в конфронтационном духе. Есть в этом обращении и прямое подстрекательство к противоправным действиям, несовместимое с установленным законом режимом чрезвычайного положения.
Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР, проявляя терпение и стремление к конструктивному сотрудничеству, считает возможным ограничиться на этот раз предупреждением против безответственных, неразумных шагов. В очередной раз в российском руководстве возобладала амбициозность, а ведь народ ждет внесения таких коррективов в политику, которые отвечали бы коренным интересам россиян.
Хотели бы еще раз подчеркнуть, что на всей территории Союза ССР отныне и впредь восстановлен принцип верховенства Конституции СССР и законов СССР. Заверяем, что наша практика в отличие от набивших оскомину пустых обещаний будет безусловно подкрепляться реализацией принятых решений», — ГКЧП отметился только пресс-конференцией, начавшейся в 17.00 в агентстве печати «Новости». В ней приняли участие Геннадий Янаев, Борис Пуго, Олег Бакланов, Василий Стародубцев, Александр Тизяков. Какого-то пиаровского прорыва не произошло. Янаев сначала читал по бумажке заявление, повторяя уже известные документы ГКЧП. Вопросы задавали самые разные, журналисты, в том числе советские, не демонстрировали никакой боязни. Молодая корреспондентка «Независимой газеты» Татьяна Малкина спросила прямо: «Скажите, пожалуйста, понимаете ли вы, что сегодня ночью вы совершили государственный переворот? И какое из сравнений вам кажется более корректным — с 17-м (когда произошла Октябрьская революция) или 64-м (когда от власти отстранили Хрущева) годом?»
