Ещё несколько коридоров с тёмными углами и он очутился перед огромной, во весь коридор, от стены до стены дверью, за которой была тишина. Поляков с сомнением схватился за рычаги отпирания и попробовал повернуть их. К удивлению, несмотря на заржавевший вид, они легко поддались и дверь открылась. И тогда раздалось громкое сиплое дыхание большого существа. Оно стояло прямо перед ним и смотрело тремя парами глаз на трёх огромных собачьих головах с жуткими клыками наружу. Его бурая шерсть стояла дыбом, а из пастей на пол капала вязкая слюна.
– Милая собачка, – произнёс комиссар и попытался закрыть дверь.
Трёхголовая собака навалилась всем весом с другой стороны и комиссар вновь пожалел, что рядом с ним нет Терафима. Он изо всех сил упирался ногами в пол и старался запихнуть жуткое создание обратно в его обиталище. Вскоре Поляков почувствовал, что ноги начинают дрожать от перенапряжения, а собака только усиливает напор и уже одна из её пастей всё чаще клацает зубами у него над головой. Он из последних сил сделал попытку закрыть дверь резким толчком и, поняв, что это ему не удастся, развернулся и помчался прочь по коридору. Трёхголовая собака одним ударом настежь распахнула дверь и бросилась вслед за Поляковым. Адреналин придал ему сил – он на полном ходу умудрился выхватить дефазировщик из держателя, так некстати возвращённый им на своё место, и вбежать с ним в зал с серыми в бурых потёках стенами. Трёхголовая собака приближалась – комиссар слышал топот её ног и скрежет когтей по бетонному полу. Он прицелился в стену чуть выше входа и нажал на спусковой крючок. Он успел – только переливающийся луч впился в бетонную стену, как в зал просунулись три оскаленных морды. Трещины на стене превратились в разломы и огромный кусок бетона рухнул, с хрустом сломав позвоночник жуткому трёхголовому существу, покрыв бурую шерсть серой пылью.
– Намордник надо одевать, – криво усмехнулся комиссар и в это момент анализатор прислал информацию, что фронт хаоса уже совсем близко и ему рекомендуется незамедлительно покинуть зал.
Коридоры стали чище, оранжевый свет перестал мигать и действовать на нервы, на стенах практически не было потёков, а балки не были изъедены ржавчиной. Комиссар быстро шагал по коридорам и его шаги разносились гулким эхом по тёмным углам и закоулкам огромного комплекса. Было удивительно видеть, что в этих длинных коридорах не было ни одной двери, ни одного прохода, ни даже технического шкафа, где могли скрываться провода или выключатели – просто голые серые стены. Комиссар остановился и вывел перед собой карту здания в виде голографической проекции. Она ему что-то напоминала, какой-то сложный узор, в котором все линии пересекаются и накладываются одна на другую.
– Был бы здесь Теф, он бы что-нибудь сказал, – произнёс себе под нос комиссар, разглядывая очередную развилку впереди. – Налево – один большой зал, направо другой, но с каким-то оборудованием…
Поляков повернул налево и остановился перед запертой стальной, на вид, дверью. Он с трудом повернул отпирающий механизм и зашёл в полутёмное помещение.
– Ого! Гелан явился! – раздался знакомый голос и со смешком добавил. – Ну теперь он так просто от нас не отделается…
Из темноты помещения вышли Эллия и Веллия в тех же одеждах, в которых он впервые увидел их на выступлении.
– Я первая им займусь, – хищно улыбнулась Веллия, показав маленькие клыки.
– Надеюсь, мне хоть что-нибудь потом останется, – сверкнула глазами Эллия и её губы растянулись в улыбке, обнажив такие же маленькие и острые клычки, как у сестры.
На полу перед балграми вспучился бетон и разлетелся по помещению мелкой крошкой. Балгры остановились. На щеке Эллии появился длинный порез, из которого на пол упала капля тёмной крови.
– Девушки плохо поняли меня в прошлый раз, – Поляков стоял к ним вполоборота, держа в правой руке квантовый дефазировщик.
Эллия зажала рукой порез и оскалилась:
– Мерзкий неблагодарный гелан!
– Рад, что разговор возвращается в конструктивное русло, – презрительно усмехнулся комиссар. – Сели на пол и положили руки перед собой, чтобы я их видел. Быстро-быстро!
Эллия и Веллия нехотя подчинились, бросая на комиссара взгляды полные ненависти и злобы.
– А ты может хочешь, чтобы тебя не девушки,.. – начала Веллия, но в её тело впились две полупрозрачные сверкающие нити из правого браслета Полякова и она упала на пол, корчась в конвульсиях от опутавших всё тело балгры электрических разрядов.
– Здесь я задаю вопросы, – жёстко произнёс Поляков и мысленно выключил квантовый генератор на правом браслете, – и вы будете открывать свои пасти только по моей команде.
Веллия прекратила дёргаться, тихонько простонала и затихла – её одежда и волосы цвета воронова крыла дымились.
– Ну хоть сапоги не пострадали, – усмехнулся комиссар. – Сапожки придётся вернуть их хозяину.
– Ты не понимаешь, – процедила сквозь зубы Эллия.
– Первое и последнее предупреждение, – Поляков навёл излучатели квантового генератора на браслете на сидящую на полу Эллию. – Можешь открыть свою пасть и рассказать, что именно я не понимаю.