7 декабря третье сословие выбрало адвокатом в Парламенте Ле Турнера, духовенство указало на архиепископа Лиона, Пьера д'Эпинака, и знать — на барона де Сеннесэ. Два первых впоследствии стали убежденными сторонниками Лиги. В кризисной ситуации рождались совершенно необоснованные слухи. Так, в среду 11 декабря Мирамбо отправился к королю узнать, справедливы ли разговоры о новой Варфоломеевской ночи. Генрих III с негодованием отверг такое предположение. 13 декабря он написал всем правителям провинций, чтобы они не верили лживым измышлениям. В тот же день три сословия просили короля согласиться на то, чтобы единогласно принятые ими решения были окончательными. 12-го числа епископ Лиона передал ему их решение и попросил составить список советников, ответственных за бумаги, чтобы Штаты могли отвести тех, кому они не доверяли. Генрих III, конечно, отказался принять за окончательные решения орденов, так как это было посягательством на его власть, но пообещал составить список советников и согласился на их возможный отвод.
Не всем в Штатах был по душе королевский абсолютизм. 9 декабря один депутат предложил создать постоянную комиссию, вроде исполнительного комитета, решения которого признавались бы обязательными без согласия короля. Подстрекаемые Гизами, духовенство и знать присоединились к проекту в этот период ослабления монархии, но третье сословие, предпочитавшее опекать два первых, провалило проект.
Генрих III счел необходимым подтолкнуть все три сословия на предложение восстановить религиозное единство в стране. Большинство депутатов, хоть и были истинными католиками, колебались, опасаясь сопротивления гугенотов и не желая новой гражданской войны. Король же втайне мечтал об этом и хотел, чтобы Штаты пошли на разрыв, так как затем они были бы вынуждены голосовать за субсидии. Итак, король постарался завоевать расположение депутатов. 19 декабря знать высказалась за религиозное единство. 22 декабря духовенство единодушно проголосовало за отмену протестантского культа. Оно предложило третьему сословию присоединиться к принятому им решению, однако внутри третьего сословия разгорелась дискуссия. Выбор был очевиден: между религиозным единством и, следовательно, войной, и соблюдением эдикта Болье и миром. В конце концов, отделение Иль-де-Франс, где проходили самые жестокие споры, согласилось на восстановление религиозного единства, но с оговоркой: «Самыми мягкими и святыми путями, какие только найдет Его Величество».
Из 11 других отделений шесть (Нормандия, Шампань, Лангедок, Орлеан, Пикардия и Прованс) присоединились ко мнению Иль-де-Франс. Пять (Бургонь, Бретань, Гюйенна, Лион и Дофине) потребовали, чтобы «единство религии было достигнуто мягкими и мирными средствами», они отметили особо «без войны». Большинство третьего сословия отвергло такое дополнение, требуя отмены публичных и частных протестантских богослужений, изгнания священников и членов консисторий протестантской церкви (26 декабря 1576 года). Почти сразу же, во время заседания Совета, Генрих III выступил против эдикта Болье, заявив, что он подписал его только для того, чтобы вернуть брата и удалить с территории государства наемников, надеясь дать отдых королевству, но его целью остается восстановить религиозное единство при первой же возможности; таким образом он сжег за собой мосты и занял непримиримую позицию. Белльевр и другие мудрые советники указывали королю на невозможность после такого заявления договориться со своими протестантскими подданными, заключить какое-либо соглашение с иностранными принцами того же вероисповедания и на неизбежность бесконечной войны. Генрих III никого не слушал. Этим заявлением он ратифицировал голосование трех сословий. Но тут был один деликатный момент. Предоставят ли ему Штаты средства, необходимые для ведения войны?
Не питая иллюзий насчет решений Генеральных Штатов, протестанты уже начали военные действия. Конде с августа месяца с разрешения короля был хозяином Сен-Жан-д'Анжели. Король Наваррский расположился в Ажане. Гугеноты свирепствовали в Провансе и Дофине. Архиепископ д'Амбрен заявил, что лишь 6 городов из 25 в Дофине приняли сторону короля и духовенства. 11 января 1577 года Генрих III сообщил Штатам о потере Гап, Ди, Вивье и База. Несмотря на нарастание напряжения между двумя сторонами, король хотел проявить добрую волю и поручил Штатам отправить посольство к королю Наваррскому, Конде и Дамвилю с просьбой приехать в Блуа и вместе с ним рассмотреть способы сохранения мира. 2 января Генрих III писал своему послу в Лондоне Мовиссьеру о том, что к Генриху Наваррскому отправится Бирон, к Конде — Камил Фере и к маршалу де Дамвилю— барон д'Уаньон. Три посланца были уполномочены объявить им о его намерении сохранить мир, не выступая с оружием в руках против протестантов и принявших их сторону католиков.
