Не предавая этой записке, переданной Жану Давиду, исключительного значения, ясно, что последний был хорошо встречен в Риме кардиналом де Пеллеве, придерживавшимся позиции лотарингцев. Не менее очевидно, что Григорий XIII знал о Лиге и высказал свое мнение о ней Филиппу II.
К Генриху де Гизу стали стекаться сторонники со всего королевства. Он понимал значение Парижа, население которого очень плохо восприняло церемонии в честь заключения мира в Болье. Один парфюмер, Пьер де Ля Брийер, и его сын Матье, советник Шателе, распространили среди буржуа вступительные списки. Один президент Парламента, Геннекер, сделал то же самое среди магистратов, но первый президент де Ту сумел убедить коллег не ставить свои подписи. Среди самых активных членов Лиги были ордены кордельеров и якобинцев, а также иезуитов. Их монастыри стали центрами движения, а дом Гиза в Париже — сердцем сети, накинутой на королевство. Кроме Меченого, неоспоримого главы Лотарингского дома, свои места в нем занимали его братья Майенн, д'Эльбеф, кардинал Луи де Гиз в бесконечном заговоре против последних Валуа. Душа интриги, сестра де Гизов, Екатерина превосходила их в страстном желании успеха задуманного. Красивая, но хромая, некогда она имела виды на Генриха III, но Мария Клевская вытеснила ее из сердца Генриха Анжуйского. Пылая жаждой мести, она без колебаний вышла замуж за герцога де Монпансье, старше ее на 44 года, но зато Бурбона. 15 лет она мечтала отомстить Генриху III. Вполне вероятно, именно в доме Гиза и Монпансье был составлен текст, доказывающий восхождение Гизов к роду Каролингов, так же как памфлеты, пасквили и различные тексты, в которых безжалостно разделывались с королем и его фаворитами.
Перед лицом такой опасности для своей власти, до созыва Генеральных Штатов в декабре 1576 года, Генрих III, по крайней мере вербально, противодействовал взлету Лиги. Одновременно с помощью матери он предпринял попытку примирения с братом, указывая ему на опасность, и которую ввергали страну Гизы и его союз, теперь бесполезный, с гугенотами.
Отказ дворян и городов Пикардии признать правителем принца де Конде вынуждал двор искать другое решение. Герцог Анжуйский предложил ему приехать к нему в Бурж, но Конде знал, что тот хочет вернуть расположение Генриха III. Он предпочел приехать к королю Наваррскому. Тот собирался женить его на своей сестре, по этому воспротивилась Екатерина де Бурбон.
