После короткой передышки, в продолжение которой противники рассматривали друг друга, негры выпустили свои стрелы, а каравеллы ответили орудийными выстрелами, истребив авангард туземцев. Затем дикари гурьбой окружили маленькую каравеллу и атаковали ее; в конце концов от них отбились, и, неся тяжелые потери, они рассеялись; толмачи из рабов кричали вдогонку, что лучше бы неграм войти в сношения с людьми, которые здесь только ради коммерции и которые пришли от края земли затем, чтобы вручить королю Гамбры подарки от его португальского брата, «благодаря чему мы надеялись быть с любовью приняты и обласканы королем Гамбры. Но мы желали знать, кто был их король, и где он, и как называется сия река. Они могут приходить без страха и брать у нас что пожелают, взамен давая нам свое».
В ответ негры кричали, что чужеземцы их обманут: они — христиане. Какие могут быть дела с ними, ведь известно, как они обошлись с королем Сенегала. Ни один добрый человек не станет терпеть христиан, питающихся человеческим мясом. Для чего же еще покупают они рабов-негров? К тому же христиане — хищные разбойники, пришедшие грабить их. Что же до короля, то он живет на расстоянии трехдневного путешествия отсюда по реке, которая называется Гамбра.
Когда Кадамосто попытался подойти ближе, туземцы скрылись, а матросы отказались идти дальше по реке. Поэтому каравеллы развернулись, спустились к устью и двинулись вдоль побережья на запад, к мысу Верде, а оттуда домой, в Португалию. Но прежде чем закончить свой дневник, венецианец сообщает нам, как близко подошли теперь к экватору корабли принца Генриха. «Будучи на реке Гамбра, мы лишь однажды видели Северную звезду, расположенную так низко, что она едва не касалась моря». В возмещение утраты Полярной звезды, опустившейся до «трети длины копья над краем воды», Кадамосто и его люди видели шесть сверкающих звезд «в виде креста», в то время как ночь продолжалась «тринадцать часов, а день — одиннадцать».
Кадамосто вернулся лишь для того, чтобы подготовить вторую экспедицию. Хотя поначалу его смущала «дикость людей Гамбры», о которых он немало разузнал, он все же решил сделать еще одну попытку и в следующем же году отправился в путь через Канары и мыс Бланко, после четырех дней пути обнаружил какие-то острова недалеко от мыса Верде, где прежде никто не бывал. Дозорные заметили два очень больших острова, к большему из которых тотчас же и направились в надежде найти удобную стоянку и дружественных туземцев. Но там не оказалось никого — ни друзей, ни врагов.
И вот на другое утро, говорит Кадамосто, чтобы совершенно удостовериться, я послал десять человек, вооруженных метательными снарядами и самострелами, исследовать местность. Они пересекли холмы, отделявшие побережье от внутренних областей, но не нашли ничего, кроме голубей, настолько домашних, что их можно было ловить руками в любом количестве.
Но зато с противоположной стороны этого первого острова они заметили три других в северном направлении и еще два — в западном, которые нельзя было хорошо рассмотреть по причине большого расстояния. «Но мы не намерены были сего ради уклоняться от нашего пути, чтобы обнаружить, как мы ожидали, такие же пустынные острова, как и первый. Поэтому мы отправились своей дорогой (строго на юг) и, таким образом, прошли еще один остров и, подойдя к устью реки, высадились в поисках пресной воды и обнаружили прекрасную и изобильную страну, покрытую деревьями. Иные из матросов, зашед в глубь острова, нашли у реки соляные слитки, белые и мелкие, и несметное количество больших черепах, панцири коих были такой величины, что из них можно изготовить хорошие щиты для воинов».
Они задержались здесь на несколько дней, исследуя страну и ловя рыбу в реке, столь широкой и глубокой, что в нее мог зайти корабль водоизмещением в сто пятьдесят тонн, а пущенная стрела не могла пересечь ее от одного берега до другого. Затем, назвав первый открытый ими остров Боа Виста[54], а самый большой остров группы именем святого Иакова, поскольку он был обнаружен в праздник этого апостола, они отправились дальше вдоль побережья материка и дошли до места Двух пальм, между Сенегалом и мысом Верде, «и так как вся эта сторона уже была известна нам, то мы не остановились, а смело обогнули мыс Верде и направились к Гамбре». В нее они тотчас же и вошли.
