Можно и нужно провести чрезвычайно любопытную параллель между продвижением мореходов через океан со стороны Западной Европы и вторжением русских казаков в степи Хартленда. Казак Ермак двинулся через Урал в Сибирь в 1533 году, спустя всего дюжину лет после кругосветного плавания Магеллана. Аналогичное сопоставление обнаруживается и в наши дни. В 1900 году произошло не имевшее прецедентов событие – Великобритании в ходе войны с бурами пришлось поддерживать армию в четверть миллиона человек с расстояния в шесть тысяч миль через океан; однако и Россия очутилась в не менее трудном положении, когда выдвинула свою армию численностью более четверти миллиона человек против японцев в Маньчжурии в 1904 году, перебрасывая солдат на расстояние в четыре тысячи миль по железной дороге[154]. Мы привыкли думать, что морская подвижность намного превосходит сухопутную, и ранее действительно так и было, но следует напомнить, что каких-то пятьдесят лет назад девяносто процентов мирового судоходства осуществлялось под парусами, а в Северной Америке уже появилась первая железная дорога.
Одна из причин, по которым мы затрудняемся оценить по достоинству покорение степей казаками, заключается в том, что мы обычно воображаем себе Россию как державу, которая расширяется (причем плотность ее населения постепенно и неуклонно уменьшается) на восток от немецкой и австрийской границ, захватывая тысячи миль территории, что покрашена на географических картах одним цветом и тянется до Берингова пролива. На самом же деле истинная Россия, та, которая обеспечивала более восьмидесяти процентов призывников для российской армии в первые три года последней войны, – эта Россия гораздо меньше, чем можно предположить, глядя на карту. Та Россия, из которой вышел русский народ, целиком принадлежит Европе и занимает приблизительно лишь половину той территории, каковую мы обыкновенно приписываем государству Россия. В этом отношении сухопутные границы России во многих местах почти такие же четкие, как очертания побережий Франции или Испании. Давайте проведем на карте линию от Петрограда на восток, вдоль верхней Волги до громадной излучины под Казанью, далее на юг, вдоль среднего течения реки, до второй большой излучины у Царицына, далее на юго-запад вдоль низовий реки Дон к Ростову и Азовскому морю. К югу и западу от этой линии проживают более ста миллионов русских людей. Они, основная «порода» России, населяют равнину между Волгой и Карпатами, между Балтийским и Черным морями, и средняя плотность населения составляет около ста пятидесяти человек на квадратную милю; обрывается эта непрерывная «полоса оседлости» достаточно резко, как и вышеописанная линия на карте.
