Если ЕС займет более компромиссную позицию по поводу «четвертого энергоперехода» и сотрудничества с Россией, ситуативным решением вопроса может стать использование турецкого газового хаба для увеличения объемов российского экспорта. Но тогда и экономические, и геополитические бонусы России будут практически нивелированы.
С начала XXI в. Турция, воспользовавшись преимуществами своего географического расположения, пытается играть одну из ключевых ролей в обеспечении мировых поставок углеводородов. Действительно, полуостров Малая Азия представляет сухопутный мост, лежащий между богатейшими месторождениями углеводородного сырья на востоке и энергодефицитной Европой – на западе. На Турции могут быть потенциально замкнуты трубопроводные системы, идущие от газовых месторождений Азербайджана, Туркмении, Ирана, Ирака, России, монархий Персидского залива.
Еще недавно Россия рассматривала Турцию как логистического конкурента в борьбе за европейский рынок. Однако теперь, как мы уже отмечали, турецкие транзитные услуги становятся практически безальтернативными.
Началом создания российско-турецкого энергетического моста можно считать запуск в 2003 г. магистрального трубопровода «Голубой поток» проектной мощностью 17 млрд м³ в год для удовлетворения энергетических потребностей Анкары.
Спустя полтора десятилетия, после отказа Болгарии от участия в проекте «Южный поток», эта магистраль была перенаправлена к турецкому побережью. Таким образом, в начале 2020 г. в Турцию пришло еще две дополнительных нитки газопровода «Турецкий поток» общей мощностью 31,5 млрд м³. Первая предназначена для поставок газа турецким потребителям. Вторая – для газоснабжения стран юго-востока Европы.
Возросшая роль Турции в качестве газового транзитера подкрепляет стремление страны стать хабом для азиатской и европейской газотранспортных систем. В свою очередь, для России этот турецкий проект – одна из реальных возможностей вернуться на европейский энергетический рынок. На первом этапе речь идет о дополнительной прокачке газа из РФ по существующим трубопроводам через Азербайджан и Туркменистан, что поможет этим странам нарастить экспорт в направлении Турции и Балкан. Благо, европейцы проявляют большую заинтересованность в азербайджанском газе. Подписанный в 2022 г. меморандум между Брюсселем и Баку предусматривает рост поставок на 10 млрд м³ к 2027 г. Маловероятно, что, с учетом роста внутреннего потребления, Азербайджан сумеет самостоятельно экспортировать такой объем в обозначенные сроки. Поэтому реэкспорт российского сырья может оказаться вполне востребован азербайджанской стороной. Правда, самой России значительно нарастить экспортные поставки этот вариант вряд ли поможет – речь идет не более чем о 4–6 млрд м³ в год.
Российские экспортеры углеводородов довольно своевременно начали реагировать на развитие азиатских экономик и, соответственно, резкое повышение спроса на энергоносители с их стороны.
В 2006 г. было начато строительство магистрального нефтепровода Восточная Сибирь – Тихий океан (ВСТО), призванного доставлять нефть с восточносибирских месторождений, главным образом китайским потребителям.
В 2015 г., когда на фоне присоединения Крыма и боевых действий в Донбассе на Западе стали обсуждать возможность введения секторальных санкций в отношении российского ТЭКа, началось строительство газопровода «Сила Сибири» для поставок в Китай газа с Чаяндинского и Ковыктинского месторождений.
Наряду с развитием трубопроводных маршрутов Россия активно осваивает емкий азиатский рынок с помощью СПГ. Еще в феврале 2009 г. японские и южнокорейские потребители получили первые партии такого сырья через «Сахалин-2». А в 2020 г. крупнейшим российским производителем СПГ становится компания «НОВАТЭК», которая запустила масштабный проект по сжижению газа, добываемого на севере Обской губы.
Сегодня Россия занимает четвертое место в списке лидеров по экспорту СПГ, уступая только США, Катару и Австралии. На долю нашей страны приходится 8 % мирового производства сжиженного газа. Пока в Европу и Азию поставляются примерно сопоставимые объемы сырья из России. Но с учетом нарастания западного санкционного давления азиатская доля российского СПГ-экспорта может значительно увеличиться.
Рис. 26
Динамика морского экспорта российской нефти (2022–2023) (в среднем за неделю, млн баррелей в сутки)[88]
Источник: Bloomberg
Так или иначе, но в середине 2020-х энергетический мост Россия – Восточная Азия если не стал абсолютно равноценной (по объемам поставок) заменой энергомосту Россия – Западная Европа, то по крайней мере позволил предотвратить значительное падение российских экспортных доходов. И подобно тому, как 40 годами ранее торговля энергоносителями способствовала сближению СССР и ФРГ, теперь совместные энергопроекты способствуют укреплению российско-китайского геополитического альянса.