Усугубляющиеся политические противоречия и нарастающая агрессивность риторики между сторонами, казалось бы, делают невозможным экономическое взаимодействие России со странами ЕС в энергетической сфере, однако и здесь ближайшее будущее может принести сюрприз, который позволит сохранить лицо и извлечь экономическую выгоду для всех участников коллизии: как для России, так и для ЕС и США. В информационном поле, пока на уровне вбросов, появляется информация, что США могут стать владельцами экспортной газотранспортной системы, ведущей в страны ЕС, прежде всего «Северных потоков». Таким образом не исключена ситуация, когда США, покупая газ в России будут транспортировать его в страны ЕС и реализовывать уже как собственный.
Теперь все основные геополитические акторы достаточно четко обозначили свои намерения, включая и геоэнергетическую составляющую. Поэтому обсудим, какое пространство для экспортного маневра осталось у лидеров российского ТЭКа на фоне рекордного в мировой истории количества санкций.
Исторически экспорт углеводородов из СССР и России опирался на постоянно расширяющуюся систему магистральных трубопроводов. Причем экспортная их часть являлась органичным продолжением внутренней сети, поскольку основные и самые крупные месторождения были на востоке, а крупнейшие потребители – будь то отечественные или зарубежные – на западе. Впрочем, и развитие советской, а затем и российской внутренней трубопроводной инфраструктуры в определенной степени было обусловлено необходимостью строительства магистралей для поставок на экспорт.
С середины 1970-х торговля энергоносителями с Европой становится элементом мягкого геополитического воздействия со стороны Москвы. Взаимовыгодное сотрудничество способствовало сближению крупнейших европейских держав, пусть и занимающих разные идеологические позиции. В 1970–1980-е гг. капиталистическая ФРГ стала важнейшим внешнеторговым партнером социалистического Советского Союза. А в начале XXI в. это взаимодействие укрепили и развили объединенная Германия и постсоветская Россия.
Правда, с исчезновением идеологических барьеров не исчезли геополитические. Наоборот, сближение крупных континентальных игроков не могло устраивать американских и британских геостратегов, придерживавшихся маккиндеровской концепции Хартленда. В связи с чем дискредитация России как надежного поставщика энергоносителей стала одним из ключевых элементов противодействия укреплению связей между Москвой и другими европейскими столицами, прежде всего Берлином.
К моменту распада СССР более 90 % экспорта природного газа в Европу осуществлялось по газопроводам, проходящим по территории Украины: Уренгой – Помары – Ужгород, «Союз», «Прогресс». Упомянутая выше взаимоувязанность магистралей, используемых внутренними потребителями, и магистралей для экспорта существенно осложняла разделение транзитного и нетранзитного сырья. Поэтому при прокачке по украинской (то есть бывшей советской) территории неконтролируемый отбор газа стал едва ли не более серьезной проблемой, чем согласование условий транзита. Как результат, недопоставки на европейский рынок, отрицательно сказывающиеся на российском реноме.
Только за 2000 г. Украина несанкционированно отобрала 8,2 млрд м³ экспортного газа. «Москва ежегодно перекачивает через нашу страну на Запад 130 млрд кубометров газа. Если здесь откачают миллиард кубометров – это же ничтожная доля»[112], – заявлял тогдашний украинский президент Леонид Кучма в интервью журналу
Неудивительно, что газовая проблема еще больше ухудшала взаимоотношения между двумя государствами. А в 2006, 2008 и 2009 гг. дело доходило даже до отключений (пусть и временных) поставок газа на Украину и, следовательно, прокачки в пользу других европейских потребителей, использующих украинский транзит.
До второй половины 2010-х проблема российского энергетического экспорта в Европу рассматривалась исключительно в контексте газовых конфликтов между Москвой и Киевом, поэтому строительство альтернативных маршрутов казалось вполне релевантным решением.
Еще в марте 1993 г. в Варшаве «Газпром» подписал соглашение о строительстве газопровода Ямал – Европа через территорию Польши в обход Украины. Он был введен в строй в конце 1999 г., на полную мощность вышел к 2006 г.
Параллельно шла проработка маршрута по дну Балтийского моря. В результате в 2005 г. началась реализация масштабного проекта, получившего название «Северный поток», прокачка газа по которому была запущена в 2011 г.
Появление альтернативных маршрутов привело к постепенному снижению объемов украинского газового транзита. В 2001 г. через Украину в ЕС было прокачано 124,5 млрд м³, в 2010 г. – 98,6 млрд м³, в 2013 г. – 86,1 млрд м³, в 2020 г. – 55,8 млрд м³[113].