С рыком одна тварь рванула вперёд. Лия прыгнула ей навстречу. Быстрый удар — и лапа отлетает. Поворот — и она уже под животом второй. Клинки сверкают, разрезая сухожилия. Одна из тварей падает, вторая шипит, пробует схватить её щупальцами, но Лия — как тень. Она подныривает, разрезает, разворачивается и наносит последний удар прямо в центральный глаз.
Мгновение — и тишина. Три тела лежат на полу. Дым поднимается от рассечённой плоти.
Лия тяжело дышала, но на её лице не было страха. Только азарт. Только удовлетворение. Она выпрямилась, смахнула кровь с кинжала о тело твари и сказала:
— Плохая охота, ребята. Вам стоило выбрать добычу попроще.
Лия выпрямилась над поверженными тварями, дыхание постепенно успокаивалось. Кровь ещё капала с лезвий, испаряясь на полу с лёгким шипением. В зале повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием остаточной энергии в мёртвых телах.
И вдруг она почувствовала это.
Волну. Внутреннюю вспышку адреналина. Он разлился по венам, наполняя тело лёгкостью и мощью. Мышцы перестали дрожать, сердце билось чётко, как отмеряющий ритм барабан. В голове не осталось ни страха, ни тревоги — только ясность.
Это было как возвращение домой.
Как в те старые времена, когда она была наемницей. Когда шагала по горячему песку чужих планет, выходила одна против всех, когда каждая битва была игрой на выживание — и она всегда выигрывала.
Лия ухмыльнулась, сжимая кинжалы.
— О, да… — прошептала она. — Я снова в игре.
Сейчас она не была ни пленницей, ни беглянкой. Сейчас она была охотницей. Она чётко видела цель — выбраться, найти Джекa, остановить Вайрека.
Никаких сомнений. Никаких "если". Только путь вперёд. Всё стало простым и ясным, как хорошо спланированная операция. Каждый шаг отмерен. Каждое движение точно. Словно вся вселенная слилась в один узкий, прямой тоннель, и в его конце — свет. Свобода. Победа.
Никакие твари больше её не остановят.
Никакие ловушки не возьмут её разум. Она снова была Лия Картер. И весь "Эон" скоро об этом узнает.
С этими мыслями она двинулась вперёд. Уверенно, быстро. Тень и свет скользили по её лицу, а фиолетовое свечение кинжалов казалось продолжением её воли. Она шла по карте, что оставил Каэл, но теперь вела себя сама. Шансов остановить её не было ни у кого.
Вайрек стоял в центре командного зала, кулаки сжаты до белизны костяшек, псионическая энергия клубилась вокруг него, как багровый туман. Панели дрожали, экраны гасли и вспыхивали вновь, не выдерживая накала его воли.
Он бесился. Сначала — этот удар. Неожиданный, наглый. Группа жалких смертных сумела повредить "Эон", пусть и не критично. Но главное — Лия сбежала.
А помог ей кто?
Каэлиан Р’Торн. Тот, кого Вайрек собственноручно убил. Или думал, что убил.
Но нет. Этот проклятый элдарианец оказался упорнее смерти. Его сознание, каким-то неведомым образом, слилось с ядром "Эона". Теперь Каэл был везде. Вайрек чувствовал это — он видел отблески чужой воли в импульсах систем, в дрожании воздуха, в отклонениях протоколов. "Эон" больше не подчинялся ему так, как прежде. Он врал. Задерживал. Скрывал.
— Это МОЙ корабль! МОЙ! — взревел Вайрек, с силой ударив по пульту. Панель взорвалась, разлетевшись во все стороны, окатив его лицо искрами.
Он повернулся к ближайшему клону.
— После зачистки планет ска’тани... уничтожить их полностью. Оставить пыль. Никто не должен вспоминать, что они вообще существовали!
Клон ничего не ответил, лишь кивнул. Вайрек прошёлся по залу. Пульс его псионики бился с силой урагана. Он попытался найти Лию — влез в слои восприятия, глубже, дальше. Но Каэл прятал её. Как мастер маскировки, он скрывал её след, размывал его, как каплю крови в океане. Он вызывал "Эон", приказывал:
— Найди её!
Но корабль отвечал только гулким, мёртвым молчанием.
А когда он обратился к Сверхразуму, тот лишь холодно сообщил:
— Мне ничего не известно, Вайрек. Возможно, ваш контроль над "Эоном" ослаб.
Издевательство. Насмешка. Он почувствовал, что теряет власть.
Он собрал концентрацию и попытался найти Каэла. Извлечь его. Раздавить, стереть из ядра, из цифровой души корабля. Но как ни старался, не мог отличить, где заканчивается "Эон", а где начинается Каэл. Они были единым существом. Слиты в нечто, что ему не поддавалось.
Он — Вайрек Н’Санн, повелитель Сверхразума, владыка древнего рода элдарианцев — не мог справиться с одним мёртвым элдарианцем и одной женщиной.
Он откинул голову и закричал. Псионический вопль пронзил уровни корабля, заставив панели трещать, а ближайшие клоны рухнуть замертво, не выдержав давления.
— Хорошо… — прохрипел он, тяжело дыша. — Ты хочешь играть, Каэл? Будем играть.
Он повернулся к центральной консоли, вводя команды напрямую, игнорируя автоматические протоколы.
— Выпустить... тысячи тварей. Пусть прочешут каждый отсек. Пусть заберутся в каждый люк, в каждую вентиляционную шахту. Я утоплю её в зубах и когтях. Пусть их будет столько, чтобы сожрать весь "Эон".
Он зло улыбнулся.
— Она никуда не уйдёт. Ты слышишь меня, Каэл? Ты можешь прятать её сколько угодно. Но я всё равно найду. И тебя тоже. На этот раз — навсегда.
