Однако Китари не учли одного: Ска'тани были мастерами не только торговли, но и обмана. Под прикрытием союза они внедрили шпионов в научные центры Китари, выкрали передовые разработки и адаптировали их для своих целей.
Получив доступ к технологиям Китари, Ска'тани разработали несколько видов оружия, которых галактика ещё не видела. Самым страшным из них стали гравитационные генераторы. Эти устройства могли создавать локальные аномалии, искажающие пространство и время, вызывая коллапс звёзд и даже рождение чёрных дыр.
Ска'тани начали контрнаступление. Их новые корабли, усиленные украденными технологиями Китари, с лёгкостью обходили массивные линкоры Гронтаров. Вскоре конфликт достиг апогея.
Кульминацией войны стала битва за сектор 14-РЗ, который находился в самом сердце жизненного пространства Гронтаров. Используя гравитационные генераторы, Ска'тани устроили катастрофу колоссальных масштабов. В результате применения оружия несколько звёздных систем превратились в руины. Гравитационные аномалии стали причиной появления чёрных дыр, звёздные взрывы запустили метеоритные потоки, а излучения искажения времени сделали сектор непроходимым.
Этот регион стал известен как Туманность Смерти — место, откуда никто не возвращался. Гронтары потеряли миллионы жизней, а их флот был практически уничтожен.
Шокированные последствиями войны, Китари вмешались, заставив обе стороны подписать мирный договор. Китари взяли на себя роль арбитров, не только навязав условия мира, но и установив постоянное наблюдение за обеими расами, чтобы предотвратить повторение трагедии. А ещё они заставили Ска'тани отдать технологию гравитационных генераторов и все созданные прототипы.
Гронтары затаили ненависть к Ска'тани, считая их подлыми предателями. Ска'тани, в свою очередь, уверяли всех, что их действия были вынужденными.
С тех пор прошло много лет. Но память у гронтаров — как гранит. Никакие дипломатические танцы Ска'тани не стерли с их щёк ту невидимую пощёчину.
Поэтому, когда на Ска'тани напал Вайрек, гронтары молчали. Они смотрели. И не пришли.
— Мы почти на месте, — сказал Эд, глядя на навигационную карту. — Переход в нормальное пространство через два часа
Джек выпрямился в кресле и потянулся, бросив взгляд на главный экран. Точка выхода из гиперпрыжка уже дрожала, как отражение в ряби воды — это значило, что до цели оставались считанные часы.
— Пойдём перекусим, — сказал он, поднимаясь. — Ещё есть время.
Эд молча кивнул и встал вслед за ним. Коридоры "Гепана" были тихи — как бывает только в момент перед чем-то важным.
В столовой было светло, уютно, и почти спокойно. Почти — потому что за одним из столов сидел Таргус и с деловитой сосредоточенностью поглощал свою очередную порцию еды. Тарелка перед ним могла бы сойти за миску для стирки, а движения были точными и уверенными, как у воина, привыкшего ценить каждый кусок.
Рядом, наблюдая за ним с заметным интересом, сидела Талирия. Она обернулась, когда Джек и Эд вошли.
— Сколько же он может съесть? — тихо спросила она.
— Думаю, если мы всерьёз задумаемся над этим вопросом, — заметил Эд, опускаясь в кресло, — нас ждёт голодная смерть. И скоро.
Талирия усмехнулась уголком губ.
— Это, конечно, физиология, — сказала она. — При его массе и росте энергозатраты колоссальные. Метаболизм гронтаров рассчитан на восстановление — быстрое заживление, сопротивление болезням, даже тяжелые травмы для них — всего лишь неудобства. А ещё — плотные кости, усиленная мускулатура и почти полное отсутствие жировой ткани. Вы не увидите толстого гронтара. Просто не бывает.
— И еда у них совсем не как у нас, — добавил Джек. — Калорийность выше в разы. Но мы такой пищи не запасли, так что Таргусу приходится компенсировать количеством.
— Это поразительно, — снова сказала Талирия, глядя, как гронтар с лёгкой досадой отодвигает опустевшую тарелку и запускает поднос обратно в автомат.
Эд обернулся к нему.
— Слышал, Таргус? Талирия считает, ты слишком много ешь. Осторожно, а то придётся расширять проходы в коридорах.
Таргус добродушно рыкнул, и посмотрел на китарианку.
— А тебе стоило бы есть побольше. Весишь меньше, чем моя стандартная порция. И это без гарнира.
Талирия спокойно выдержала его взгляд, потом слегка кивнула.
— Если вам так проще, называйте меня Тали. Меня так зовет отец.
Джек чуть приподнял бровь, но улыбнулся.
— Отец — это Альран, который командует флотом?
— Как ты догадался? — в её голосе проскользнула лёгкая тень удивления.
— Когда вы прощались, он посмотрел на тебя. — Джек пожал плечами. — Во взгляде можно прочесть многое.
Тали чуть отвела глаза, на мгновение словно задумалась.
— Он беспокоится, — сказала она. — Но у нас… другое понимание семьи, чем у людей.
— В смысле? — нахмурился Эд, подняв бровь.
Она на секунду замолчала, подбирая слова. Видно было, что она не привыкла объяснять такие вещи — особенно тем, кто думает совсем иначе.
— У Китари нет семей, как у вас, — начала Тали. — Нет мамы, папы, детей, которых растят с пелёнок, оберегая и надеясь, что те вырастут «лучше нас». Это… не наша логика.
