Рассказав, что они учинили, Вандар велел Секачу и Баурде быть настороже, а сам поднял "Черного Доктора" высоко в небо. И этот факт стал еще одним доказательством того, что капитан предчувствует нападение.
Оставалось решить, как его отразить.
— Значит, сверху они нас не достанут? — произнес Берт, возвращаясь, так сказать, к делам насущным.
— Не достанут, — подтвердил Дан. — Скала не отвесная, прицельное бомбометание исключено. Без веревок тоже не спустишься, а я не думаю, что у них имеется достаточный запас.
— Они местные, привыкли лазить по горам.
— Все равно, — мотнул головой Баурда. — Нужно несколько очень длинных веревок, вряд ли они у них есть. А даже если и есть — мы перестреляем нападающих, словно кур.
Все эти соображения Дан уже излагал, объясняя, почему пост на храмовой горе не нужен. Но повторил спокойным, ровным голосом, всем своим видом показывая, что менсалиец — командир и имеет право спрашивать столько раз, сколько захочет.
— И напомни своим, чтобы не приближались к храму. Даже во время драки.
— Угу, — кивнул Секач, которому очень нравилось покладистое поведение Баурды. — А вот на террасу можно взобраться.
— Я смог бы, и мои ребята — тоже. Местные, как ты правильно сказал, привыкли лазить по горам, а значит, для них терраса не проблема.
— А чтобы нас отвлечь, они устроят шум у ворот.
— Не слишком ли очевидно?
— Не считай их гениями тактики, Дан, мы говорим о дикарях, обуянных жаждой мести. К тому же они понимают, что на стенах мы не сможем использовать пулеметы с максимальной эффективностью, а они получат возможность атаковать широким фронтом и поскорее навязать нам невыгодный ближний бой. — Секач помолчал. — Если ты не ошибся насчет нашей горы, сюрпризов не будет, мы перебьем спорки. Но я надеюсь, что завтра мыры вылезут, и мы отсюда уберемся.
— Запретила? — переспросил Енер.
— Запретила, — повторил Унирас.
Охотник переглянулся с Фечером, вождем пришедших из Мирлитарласа воинов, и, тяжело вздохнув, произнес:
— Гонец, говоривший голосом Старшей Сестры, принес тот же приказ.
— Я знаю, — кивнул Унирас.
Он пришел позже гонца, поскольку совершил крюк: сначала, как и обещал, направился к разоренному поселку, но посреди дороги вдруг "вспомнил", что не сообщил Старшей Сестре нечто важное, отправил лекарей с помощниками дальше, а сам побежал к Красному Дому. К своему другу Енеру.
— Она хочет, чтобы мы ждали.
Балодак, принимающий участие в разговоре на правах помощника Алокаридаса, низко опустил голову. Он знал, чего хотят охотники, догадывался, к чему приведет совещание, и… И знал, что не станет их отговаривать. Не сможет. Потому что никогда в жизни молодой послушник не видел столько тоски, сколько таилось сейчас в глазах Енера и Унираса. И столько ярости.
Не было на Ахадире слова выше слова Старшей Сестры, но тоска и ярость туманили охотникам головы.
— Чужаки запечатали Храм и построили у дверей клет ку, — продолжил Енер. — Старшая Сестра знает об этом?
— Да.
— Они выманят проголодавшихся зверей из Храма, заберут Камни и улетят.
— Я понимаю, — кивнул Унирас. — И Старшая Сестра понимает.
— Это может случиться в любой момент.
— Старшая Сестра верит в благосклонность Отца.
— Моя жена тоже верила, — тихо сказал Енер. — И жены охотников. И их дети.
Которых сегодня хоронили…
— Меня уговаривать не надо, — хрипло прошептал Унирас. — Я пришел поддержать тебя, Енер. На тот случай, если ты решишь не подчиниться Старшей Сестре.
— А я пришел еще раньше, — взял слово Фечер. — Я пришел прогнать чужаков из Храма, а теперь скажу: их не надо прогонять.
Балодак изумленно посмотрел на охотника, но уже в следующий миг тот объяснил свою фразу:
— Их надо убить! Как бешеных зверей!
— Да, — кивнул Унирас.
— Да, — сжал кулаки Енер.
— И убить их надо сегодня, — закончил Фечер. — Пока они не добрались до Камней.
Костер на мгновение вспыхнул, словно соглашаясь с жестким призывом, и бросил на лица спорки красноватые отблески.
— Чужаки хорошо вооружены, — робко напомнил Балодак.
— Не волнуйся, мальчик, мы умеем управляться с опасными зверями, — усмехнулся Енер.
— У них есть пулеметы! И еще — цеппель!
Балодак надеялся остудить пыл охотников, но добился обратного.
— Если мы уничтожим их цеппель, Старшая Сестра точно простит нам ослушание! — У Фечера вспыхнули глаза.
— Уничтожим цеппель? — Молодой послушник ошеломленно вытаращился на охотника: — Как?! Он ведь поднялся в небо.
— Когда в Красном Доме начнется бой, чужаки захотят поддержать своих. Бросать бомбы или стрелять наугад они не станут, спустятся к Дому…
— А мы будем ждать их на Храмовой горе, — догадался Енер.
— Чужаки не выставили на ней пост, потому что атаковать с нее Красный Дом очень трудно. А цеппель велик, в него попасть легко.
— Из чего попасть? — простонал Балодак. — Из карабина?
— Стрелы, — догадался Енер.
— И динамит, — усмехнулся Фечер. — И то и другое у нас есть. Мы разорвем баллоны с газом, и цеппель рухнет вниз.
— Как машина?
— В порядке, господин капрал! — лихо отрапортовал вытянувшийся в струнку Весчик. И, не удержавшись, добавил: — Работает, как часы.
