Помпилио спокоен до отрешённости, он видит только цели, не более, но видит их задолго до того, как цель понимает, что она — цель. Он слышит шаги и дыхание, клацанье затворов и щелчки предохранителей, чувствует запахи, все запахи: аромат из кухни — рыба со специями; кожа — ремни и ботинки; оружейная смазка, дерево мебели, краска свежих газет, вино из гостиной… Но прежде…
"Пуфф!"
Нога ноет даже через двойную дозу болеутоляющего, сквозь приказ не ныть и не мешать. Нога ноет, но хромота не мешает Помпилио стрелять.
"Пуфф!"
Движения всё равно страдают, однако заметить огрехи способны лишь величайшие учителя Химмельсгартна, те, кто имеет право учить бамбадао. И критиковать бамбадао. Остальные не понимают, что жесты покалеченного Помпилио далеки от идеала, не успевают понять. Для остальных отточенные движения бамбадао слишком быстры, а выстрелы — слишком точны.
"Пуфф!"
Телохранители не слышат легчайших хлопков, которыми глушители маскируют выстрелы, а если слышат, то не понимают, а если понимают, то слишком поздно. И дер Даген Тур проходит по вилле, как Селтих по Межозёрью — беспощадным ножом сквозь масло. Три человека убиты у ворот, один курил в беседке, пятый и шестой сидели у чёрного хода, двое копошились в гараже, четверо бездельничали в комнате охраны, они отдыхали, едва успели взяться за оружие. Они тоже были целями. Бабарский запирает перепуганных слуг в кладовке, Помпилио убивает двух последних телохранителей у дверей гостиной. Один падает на пол, второй влетает в двери.
И дер Даген Тур негромко произносит:
— Кажется, я разучился опаздывать. — Разглядывает замершую парочку и приказывает: — Отойди от девушки.
Арбедалочик обернулся, молниеносно оценил обстановку и обаятельно улыбнулся:
— Ты выглядишь злым.
— Неужели?
— Поверь, я знаю, о чём говорю. — Абедалоф поправил брюки. — С чем пожаловал?
Повернувшаяся Кира влепила ему пощёчину.
— Мерзавец!
— Ты повторяешься. — Галанит вновь улыбнулся. — Но если бы я знал, как всё обернётся, вёл бы себя иначе.
Девушка всхлипнула и шагнула за спину Помпилио.
— Я приехал поговорить, — светским тоном сообщил адиген.
— Догадываюсь о чём, — не стал скрывать Арбедалочик. Он совершенно освоился в ситуации, вернулся к столу и взял бокал. — Вина?
— Не сразу.
— Ищешь убийцу Лилиан?
— Попытайся убедить меня в своей невиновности.
— Это поможет? — деловито осведомился галанит и поспешил объяснить: — Я не очень хорошо повёл себя с девушкой, по глазам вижу, что тебе не понравилась моя вольность, а потому рассчитываю на некоторые гарантии.
— В обмен на искренность.
— Безусловно.
Дер Даген Тур демонстративно убрал пистолеты в кобуры и выразительно посмотрел на Абедалофа.
— Спасибо. — Арбедалочик перевёл дух. Немного театрально, однако чувствовалось, что присутствие бамбадао нервирует директора-распорядителя. — Что, кстати, с моими телохранителями?
— Понадобятся новые.
— Я так и думал. — Галанит допил вино, однако браться за бутылку, чтобы вновь наполнить бокал, не рискнул. Продолжил по делу: — Ты согласен с тем, что Лилиан убили по приказу того же человека, который велел устроить покушение на Махима?
— Это очевидно.
— Но при этом не случилось покушения на Дагомаро. — Арбедалочик поднял вверх указательный палец. — Странно.
— Не аргумент, — отрезал Помпилио, проигнорировав невнятное восклицание Киры. — Факт может свидетельствовать и о преступном замысле Дагомаро, и о твоей предусмотрительности.
— Согласен, — кивнул галанит. — И спасибо, что ты обо мне столь высокого мнения. — Ответить дер Даген Тур не успел. — Но не будем забывать, что Огнедел явился на Кардонию задолго до того, как Лилиан переубедила эту тряпку — Махима. Я человек предусмотрительный, но не настолько. Слизняк был у меня в руках, делал всё, что я говорил, до войны оставалось два-три дня переговоров, и вдруг он сдал назад. И знаешь, что я тебе скажу? Если бы не Огнедел, войны не было бы.
— Ты врёшь! — вновь повторила Кира.
— Продолжай, — распорядился Помпилио.
— Арбедалочик нанял Огнедела! — не унималась девушка, оставаясь тем не менее за спиной дер Даген Тура.
— Зачем? — поинтересовался адиген.
Однако галанит ответил сам:
— Нет смысла отрицать, что мы готовили войну с Ушером. Но мы планировали элегантную, комфортную, а главное — быструю войну: массированная бомбардировка архипелага и высадка десанта. Мы готовились к войне, но пропустили встречный удар такой силы, что приотская армия до сих пор пребывает в полуразрушенном состоянии, а Компания потеряла колоссальные вложения. Думаешь, я этого добивался? Нет, не этого, ведь вместо быстрой победоносной войны я имею изматывающую и затяжную, имею проблему с адигенами, которые могут вмешаться в любой момент, и самые неясные перспективы на Кардонию и сплетение. У меня получилось полное дерьмо, и это при том, что меня называют Везунчиком. Почему так вышло? Потому что с той стороны тоже готовились к войне.
— Заткнись!
— Ушер снёс армию вторжения, а у меня одних десантников было семьдесят тысяч! Каким образом они ухитрились собрать столь огромный кулак за день-два?
— Помпилио, он врёт!
