— Не волнуйтесь, всё будет безопасно, — мягко произнёс Рубен. — Мы отправимся эскадрой из шести цеппелей: три доминатора и три импакто. Плюс ваша яхта. К тому же отправимся тайно: на большой высоте и в обход основных транспортных путей.
Было видно, что решение давно принято и "дорогого гостя" не спрашивают — его ставят в известность.
— Что нас ожидает? — мрачно поинтересовался галанит. Узнав о размерах эскадры, Йорчик предположил, что одним из аргументов Лекрийского станет применение силы, и не ошибся.
— Мы достигнем форта Карузо и потребуем объяснений, — рассказал губернатор. — А вы, Руди, подтвердите или опровергнете то, что они расскажут о своих экспериментах.
— А если они откажутся от объяснений?
— Мы их уговорим.
Так и есть — сражение. Йорчик очень хотел добраться до Холя, но не испытывал никакого желания воевать и вообще находиться в непосредственной близости от места боевых действий. Йорчик высоко себя ценил и был уверен, что ещё не принёс Галане столько пользы, сколько должен.
— Мне не нужно, чтобы Вениамин заполучил супероружие, — продолжил Рубен, не особенно обращая внимание на то, слышит его галанит или нет. — Он молод, энергичен и амбициозен. Если Холь действительно придумал нечто серьёзное, Вениамин обязательно использует это "нечто", чтобы стать валерициевым королем Герметикона.
— Ставки очень высоки, — веско добавил стоящий за спиной губернатора Саймон.
— А ваша ставка? — Йорчик решил расставить точки над "i".
— В смысле?
— Что будет, если Холь откажется давать объяснения? Бой? Как вы собираетесь его уговаривать?
— Ваша яхта будет держаться позади эскадры, — с улыбкой, в которой едва заметно читалось презрение, ответил Фил. — А в самом крайнем случае вы сможете покинуть планету: у форта Карузо находится точка перехода на Кардонию.
— Звучит перспективно. — Информация о возможности ретироваться привела Йорчика в хорошее расположение духа. Он видел усмешки лекрийцев, но не стыдился проявленной слабости: он учёный, а не военный. И если Рубена с Филом что-то не устраивает, они могут поискать эксперта среди своих фельдфебелей.
— Красивый и мирный Лекровотск заставил вас позабыть о том, что вы на Менсале, — размеренно произнёс губернатор. Из-под правой линзы появилась слезинка, ещё через мгновение Руди с ужасом понял, что это не слеза, а гной, и изо всех сил старался не смотреть на него. — Я вынужден напомнить, что за границами города идёт война и все стороны готовы воспользоваться любой возможностью уничтожить врага. А лучше — всех врагов, поскольку ставки действительно высоки. Очень высоки. — Рубен помолчал, придавливая Йорчика знаменитым мёртвым взглядом. Теперь гноящимся. — Я сказал, что не хочу давать супероружие Вениамину, и это действительно так. Но я готов к компромиссу, готов стать вторым обладателем, чтобы сохранить паритет или же поделить Менсалу. — Ещё одна пауза. — Я говорю для того, чтобы вы поняли, Руди: сражения можно избежать. Если всё пойдет так, как я хочу, мы вернёмся в Лекровотск с чертежами, не выпустив ни одного снаряда.
— После чего я отправлюсь домой?
— Вы имеете в виду, что мы до сих пор не оговорили размер вашего гонорара?
— Именно.
Старик постучал пальцами по широкому подлокотнику кресла и очень серьёзно произнёс:
— Создание супероружия требует мощной промышленной базы, элементарная логика подсказывает, что в условиях Менсалы это невозможно, а значит, вы, Руди, станете моим компаньоном. И производителем того, что изобрёл Холь. Учитывая обстоятельства, это более чем щедрое предложение.
— Это единственно возможное предложение, Рубен, — с чувством произнёс Йорчик, протягивая губернатору руку. — Мы нужны друг другу.
— Согласен.
— А как же Йорчик? — негромко спросил Якта, не отрывая взгляда от лобового окна гондолы. Небо над Триберди затянуло плотными облаками, летать в которых капитан передвижного госпиталя недолюбливал, и поэтому "Доброта" едва ползла над трибердийским рельефом. — Получается, эту карту мы разыгрывать не будем?
— Получается, — согласилась Нульчик.
— Ты серьёзно?
— Ничего другого не остаётся.
Обретение слабого, но очень похожего на настоящий, следа заставило Саду засуетиться. Закончив дела со Спуном, она вернулась на "Доброту", распорядилась готовить судно к отбытию, не отпускать в увольнение цепарей и собрать всех, кто уже успел сойти на берег. Затем снова понеслась в город, встретилась со своим агентом из канцелярии Его превосходительства, узнала о странном пропуске-"вездеходе", что был выписан несколько дней назад, с уважением ознакомилась с перечнем вооружения и поняла, что Гатов с дружками действительно отправился в Камнегрядку — добраться на такой машине до Шпеева не получится: или свободяне отнимут, или губернаторские вояки.
Приняв решение следовать в пустынные земли, Нульчик вновь отправилась в порт, и вскоре после её приезда "Доброта" покинула Триберди. И лишь после этого у капитана Фарипитетчика появилась возможность напомнить о подозрительном поведении галанитского промышленника.
— Ты говорила, что Йорчик тоже ищет Гатова.
