Хват уже поскуливал в нетерпении, хвостом сметая с тропки полусгнившую хвою и кору. Мне показалось, что глэйв так и ждет команды, чтобы броситься по следу.
— Это же Хват нашел следы? — уточнил я у Мавара.
— Да, — не стал строить из себя крутого специалиста эльф, — орки для волкодава — лакомый кусочек, что-то вроде озерных уток. Здесь они особенно жирные.
— Как же вы их не любите, орков этих, — пробормотал я, последовав примеру своих товарищей, взяв в руку тяжелый пистолет. Долго его не поносишь — кисть отсохнет. — Пускаем собаку по следу, командир?
— Никакой погони! — твердо отказал моей просьбе Грэм. — Идем тихо. Чем позже о нас узнают — тем больше шансов прорваться к порталу. Сейчас сворачиваем с тропы и уходим вниз. В двух поприщах отсюда начинаются холмы. Там сделаем привал, оглядимся.
Теперь в головной дозор он никого не отправлял. Шли компактно, ощетинившись оружием. Хват, получив от Кели приказ не отлучаться далеко, трусил рядом с нами, беспрерывно крутя своей большой головой во все стороны. Иногда он исчезал в кустах, откуда появлялся весь в паутине, забавно фыркая, очищая ноздри от прилипшего к ним мусора. Грэм сам шел впереди, задав хороший темп. Шум, который мы производили при этом, мало его беспокоил. Видимо, он прикидывал, что мы в любом случае расходимся с врагами на контркурсах, и не боялся засады. А вот я всерьез опасался, что мы можем нарваться. Зря командир отказался от погони. Меньше проблем было бы за спиной.
В размышлениях я не заметил, как мы выскочили на опушку леса, за которой расстилалось открытое пространство, заросшее пожухлой прошлогодней травой и совсем молодой порослью, пробивающейся к свету, совсем небольшое, метров на двести, после которого начиналась холмистая местность. Поляну мы преодолевали бегом, хекая от тяжести за спиной. Добежав до подошвы холма, обогнули его и скрылись в зарослях.
— Привал, — выдохнул Грэм.
Я с удивлением заметил, что никто не стал заваливаться на траву, тяжело дыша после бега. Нет, аккуратно сбросили рюкзаки, выбрали себе места и расселись спинами друг к другу, чтобы охватывать большее пространство перед собой. Теперь никто не подберется незаметным. Мавар решил посмотреть, нет ли за нами любителей лесных прогулок. Кели уселась рядом со мной, прижавшись к плечу.
— Устала? — поинтересовался я, так, чтобы не молчать.
— Вот еще, — фыркнула эльфийка, — мы даже половину пути не прошли от запланированного.
— Угу, это меня радует. Я не помню этих мест. Мы же здесь не ходили? — я обвел взглядом место стоянки.
— Мы отклонились от маршрута, совсем немного, — подал голос Грэм, внимательно рассматривая на плотном листе бумаги вычерченный в штабе «Наконечника» путь. Но это не беда. Завернем к северу, как только выйдем к Карасиному озеру.
Появился Мавар. Лицо его не предвещало ничего хорошего.
— Орки, — сказал он тихо, — но это другая группа. Восемь особей. Прошли по краю поляны с той стороны. Направляются в ту же сторону, что и первый отряд. Что вообще происходит?
— Если отряды небольшие — это или разведчики, или действительно охотники, — призадумался Грэм. — Я не понимаю….
Он замолчал, обдумывая ситуацию. Фарин любовно погладил свою ручную пушку и сказал, обводя нас всех взглядом:
— Заметьте, как только мы вышли в поход, тут же орками запахло, чтоб ихние кишки скрутило, khar-ogas[15]!
— Это не случайно, — глубокомысленно сказал я, — о нашем выходе знают. Предательство.
— Чушь полная, — отрезал Грэм, — не может такого быть. Орки периодически шарахаются по лесу, даже у нас под носом. Да и при чем здесь они? Старейшины еще не выжили с ума, чтобы начинать войну с нами.
— У нас под носом? — хмыкнул Фарин. — Да их лет десять не видели в этих местах! Кос прав: стоило нам выйти за стены Базы, как сразу же два (!) отряда орков проскочили мимо нас! Это разве совпадение?
— Если мы
Мавар без лишних слов вскинул свой рюкзак на спину, переглянулся с командиром, коротко кивнул. Грэм скомандовал:
— Встаем и топаем! Мавар поведет нас к вилле Ниира. Он знает пару тропинок. Там и переночуем.
Мы снова построились в походный порядок и, следуя за эльфом, поднялись на холм, за которым открывалась панорама взрыхленной каким-то гигантским плугом местности. Словно откинутые пласты земли подсохли на солнце, оплыли от непогоды и ветров, после чего густая растительность обжила покалеченный ландшафт. На вершинах и склонах шумели сосны и ели, темный осинник редкой полосой прорезал хвойный массив, густой покров молодой травы скрывал черноту почвы.
— Что за ужас? — удивился я. — Да мы здесь ноги переломаем!
