— Я так и знал, что ты не поймёшь, грек. Я мог бы сказать, что есть разница между кельтами островными и галлами, которых знал твой народ. Я мог бы сказать, что даже у галлов рабство было совсем не таким, как у вас, что этим словом переводятся два совершенно разных понятия… Но я этого не скажу, так как это всё будет в некоторой степени лицемерием… А я ненавижу лицемерие. Поэтому я скажу другое, сын Зевса. Что позволено быку, то не позволено Юпитеру. Я не имею ничего против того, чтобы взять в рабство врага, которого лично победил. Хотя обычно от моих врагов остаётся слишком мало для порабощения, некромантией я не владею, да и не особо хочется. Но ПОКУПАТЬ рабов, владеть людьми, которые мне вызов не бросали… Да, это приемлемо для абстрактного среднего кельта, не отрицаю. Но я не средний кельт. Для героя Кухулина это не допустимо.
— Так в чём проблема? Чего ты мучаешься? Сними с Сильваны печать, пусть она бросит тебе вызов, победишь её и поработишь снова, уже без всякого урона для чести!
Он посмотрел на Сильвану, потом на меня, и только рукой махнул, не найдя подходящих слов. Ну и Аид с ним, я ему в наставники по морали не нанимался. Сам не без греха.
Как только повозка Лансера покинула пределы города, я вернулся в свои покои. Меня там уже ожидали. Десяток обнажённых девушек — полулюдей и зверолюдей. Большинство — из четырёх правящих семейств, то есть восточные драконы, белые тигры, черепахи и фениксы. Но и других видов тут хватало. Первая десятка оказалась только прелюдией — из соседних комнат тут же начали выплывать другие девушки, такие же нагие и так же бесцеремонно принимающие соблазнительные позы.
Должен сказать, на меня это подействовало. Вероятно, Кухулин на моём месте нашёл бы это слишком дешёвым и пошлым — дескать, кто же так соблазняет, вот у нас в Британии бабы были… Но у нас в Элладе это искусство не было развито — гетеры появились уже позже моего века. В моё время женщины либо бились наравне с мужчинами, тщательно вытравливая в себе любые признаки сексуальности (меньшинство), либо тихо сидели в гинекее, дожидаясь, пока на них обратит внимание какой-нибудь заезжий принц (большинство). Поэтому для меня сама попытка открыто выразить лицом и телом, что они хотят мужчину, оказалась впечатляющим сюрпризом. Тем более, что женщин у меня не было с самой смерти на Эте (Олимп не в счёт, он воспринимается как сон). Так что я совершенно не сопротивлялся, когда они взяли меня под руки с двух сторон и утащили в купальный бассейн.
— И сколько вас здесь? — поинтересовался я, пока меня увлекали в воду, потираясь в процессе всеми возможными частями тела.
— Тридцать две, господин Герой Щита! Но не беспокойтесь, это лишь для того, чтобы предоставить вам наилучший выбор! Мы понимаем, что даже у Героев мужские возможности ограничены. Вам достаточно выбрать одну из нас или пару, которые пойдут с вами в спальню… Остальные будут ждать своей очереди, сколько понадобится…
Ну тридцать две — это ещё ничего, с Феспиадами было тяжелее…
— Почему же выбрать… Я никому не собираюсь отказывать, ночь длинная, все желающие смогут разделить со мной ложе… Только учтите две вещи. Во-первых, любовник из меня так себе — грубый, эгоистичный, порой даже жестокий…
Драконица, говорившая от имени остальных, замерла с полуоткрытым ртом, пытаясь осмыслить мою наглую заявку, и инициативу тут же перехватила рогатая девушка, чью видовую принадлежность я сразу определить не смог:
— Господин Героооооой… Поверьте, никого из нас этим не напугать — в Силтвельте грубость считается обязательной приправой любовной игры! Если супруги выходят из спальни без синяков и укусов, считается, что у них не было по-настоящему горячей ночи…
— Прекрасно, значит одной проблемой меньше. Что до второй… Вы ведь получили задания от своих кланов завести со мной детей? Тут мне нечем вас порадовать. Нынешний Герой Щита, к сожалению, бесплоден.
Вот теперь энтузиазм из них как-то повыветрился. Опущенные головы и попытка любой ценой избежать пересечения взглядов со мной — это выглядело даже забавно. Всем неловко было признаться, что их интересует только ценное потомство, а не я сам как мужчина.
Зато штук пять девушек, не относящихся к Четырём Семьям, не колебались — оттолкнув растерявшихся лидеров, они обняли меня с разных сторон.
— Для нас это неважно, господин Герой Щита! Главное, что мы сможем доставить вам удовольствие!
Ясно, у этих в принципе другие задачи — либо добиться моего расположения для будущих переговоров, либо просто задержать меня, отвлечь от вмешательства в политику Силтвельта.
— В таком случае, именно вас я и приглашу в спальню… а остальные могут остаться здесь и тоже неплохо провести время.
…Совещаясь с руководством своих кланов, что делать в подобной кризисной ситуации. Я девушек вполне понимал — столько готовились, столько ресурсов в это вложили, наверняка уже и хитрые планы на сто лет вперёд, до следующей серии Волн продумали — а тут такой облом. Я сейчас обзавёлся в Силтвельте десятком смертельных врагов. Но это меня волновало мало…
