Но самые большие испытания ожидали храбрый экипаж буквально у ворот своего «дома». По существовавшей в то время организации встречи возвращавшихся подлодок им следовало прибывать в Нарвский залив в назначенное время, всплывать и после встречи со своими катерами идти в бухту острова Лавенсари под их эскортом. Нужно признать, что место встречи было выбрано неудачно, поскольку в том же районе немцы развернули свой корабельный дозор. При встрече с ним нашим катерам приходилось отступить, и встречи срывались. Ситуация осложнялась тем, что «щука» могла всплыть для приема радиосигналов только поздно вечером, когда расчетное время встречи оказывалось уже пропущено. Так продолжалось три ночи подряд. Наконец в ночь на 6 августа в расчетной точке в темноте удалось разглядеть катера. «Щука» начала давать опознавательные сигналы, на которые катера не отвечали, начав обходить субмарину с носа и с кормы. Затем показались корабли покрупнее, которые немедленно открыли артиллерийский огонь. Нашим морякам несказанно повезло – даже несмотря на небольшую дистанцию, снаряды легли мимо цели. Но радоваться было рано – глубина моря в точке погружения составляла всего 19 метров, что не давало ни малейшей надежды избежать повреждений от точно по месту сброшенной бомбы (высота «щуки» от киля до верхушки тумб перископов – около 9 метров, радиус разрыва бомбы, при котором наносятся повреждения корпусу лодки, – до 20 метров). Щ-406 немедленно погрузилась и начала маневрировать. Это оказалось весьма непростым делом – из-за двух поврежденных носовых цистерн корабль все время норовил уткнуться носом в грунт. Но все команды подавались Осиповым совершенно спокойно и потому незамедлительно и четко исполнялись. В течение ближайших двух часов враг сбросил на «щуку» 45 глубинных бомб, но все они легли на безопасном удалении. В конце концов Евгений решил прорываться на базу самостоятельно, о чем в ближайшую ночь и поставил в известность командование. Поздно вечером 7 августа лодка ошвартовалась в бухте острова.

9 августа в Кронштадте экипажам Щ-406 и прибывшей одновременно Щ-303 была организована торжественная встреча. В. Азаров вспоминал:

«И вот на рейде, подобно сказочным богатырям в кольчугах, показываются два подводных корабля[112]. Их сопровождают почетной стражей катера. Мы различаем ржавчину на ободранных, словно изглоданных ветрами и волнами, корпусах. Еще не зная драгоценных подробностей испытаний, выпавших им на долю, чувствуем – победа далась не даром!

Уже можно различать лица подводников, бледные от кислородного голодания, изможденные… Горнист заиграл «захождение». Медные трубы оркестра грянули встречный марш.

Свет солнца слепит глаза – ведь люди провели много недель в тесных и душных отсеках, при тусклом свете электричества.

Мы видим Евгения Осипова. В кожаной куртке, в сапогах. Глаза воспалены от бессонных ночей, соленых брызг, ветра.

На щеках непривычная для нас рыжеватая борода.

Командующий обнимает и целует Евгения Осипова, как сына.

Похвала его скупа и выразительна:

– Вы – настоящий подводник!»[113]

Перейти на страницу:

Все книги серии На линии фронта. Правда о войне

Похожие книги