Но недолго продолжалась стоянка в Кронштадте. К концу сентября корабль был отремонтирован и готов к выполнению новых заданий командования. По времени это совпало с началом развертывания в море наиболее массового третьего эшелона подлодок КБФ, в который вошло 16 субмарин, включая шесть, которые ранее участвовали в походах в составе первого или второго эшелонов. Вошла в это число и Щ-406.
Обстановка на Балтике и особенно в Финском заливе по сравнению с июнем 1942 года заметно изменилась, и не в лучшую для подводных сил КБФ сторону. Немцы и финны выставили новые минные поля, в том числе состоявшие из донных неконтактных мин, которые представляли особую опасность при форсировании подлодками залива методом прижимания к грунту. Увеличилось количество противолодочных кораблей, их включили в состав сил охранения конвоев, курсировавших по центральной части моря. Выход в Балтику караулили финские субмарины, жертвой которых, в частности, стала лисинская С-7. О многих из этих мероприятий мы узнали только после окончания войны. Пока же лодки отправлялись в море, соблюдая обычные меры предосторожности. Уберечь их от гибели теперь могли только мудрость командиров и удачливость экипажей.
0 том, что поход будет непростым, стало ясно практически сразу. Вечером 20 октября Щ-406 в охранении тральщиков вышла в направлении Лавенсари. Из вскрытого боевого пакета следовало – путь предстоит не близкий, можно сказать, прямо в логово врага – в устье Данцигской бухты, которая омывает берега Восточной Померании и Восточной Пруссии.
Прорыв проходил довольно напряженно. Несмотря на то что противнику так и не удалось обнаружить «щуку», при каждом всплытии на поверхность рано или поздно обнаруживались неприятельские корабли. Зарядку батареи и вентилирование отсеков приходилось прерывать, но даже этих коротких выныриваний хватило, чтобы к вечеру 23-го выйти в открытое море. В ту же ночь было принято сообщение Совинформбюро о присвоении капитан-лейтенанту Е. Я. Осипову звания Героя Советского Союза и о награждении подлодки Щ-406 орденом Боевого Красного Знамени…
Несомненно, что, получив это радостное известие, сердца моряков переполнились гордостью за свой корабль. Но это не стало поводом для почивания на лаврах. Напротив, командир подлодки приложил максимум усилий для того, чтобы завершить очередной поход с еще лучшим результатом, чем предыдущий, и ему это удалось.
На позицию «щука» прибыла утром 26 октября. Вскоре выяснилось, что в районе нахождения подлодки происходит что-то необычное: днем была замечена немецкая субмарина, всю ночь акустик докладывал, что слышит шумы винтов многочисленных кораблей, посылки приборов звукоподводной связи и другие искусственно создаваемые шумы. Напрашивался вывод – немцы знают о присутствии Щ-406 и организовали ее преследование. Другой командир связался бы со штабом и запросил о переводе на другую позицию, но только не Евгений Осипов. Критически оценив все, что ему было известно, он пришел к выводу, что в данном районе находится учебный полигон немецкого подводного флота. Так оно и было на самом деле. Впоследствии на разборе в штабе Осипова даже упрекали за то, что он не устроил охоты на немецкие подлодки, но в тех условиях это было фактически нереально. Вместо этого Евгений решил соблюдать максимальную скрытность и осуществлять поиск целей в ночное время, стреляя из надводного положения. Данная тактика, широко применявшаяся немецкими подводниками в Атлантике, почти не использовалась в начале войны нашими командирами – до 1941 года их заставляли отрабатывать атаки исключительно из-под воды в дневное время, так как считалось, что ночью лодка слишком заметна и уязвима. Боевой опыт показал, что в этом наша теория ошибалась, и Евгений Осипов был одним из первых, кто практически доказал это.
