– Все слышали о Психее 16? – Послышались смешки и шушуканья. Я понятия не имел, о чем речь. – Сейчас она находится всего в 430 миллионах километров от нас. Цифра большая, вот только стоимость железа и никеля, из которого состоит Психея 16, доходит до ста квадриллионов долларов. Да-да, квадриллионов. Калифорния веками привлекала мечтателей – от сорокадевятников, приезжавших сюда искать золото, до технарей, надеющихся выйти на IPO. Так вот, господа: настоящий джекпот никто еще не сорвал! Калифорния породила «Лабораторию реактивного движения», породила «Локхид», дала жизнь тысячам программистов – так кто справится с этой задачей, если не мы?
Девушка в белой форме принесла высокий табурет, и Стивенсон взобралась на него, установив в центре сцены. Девушка протянула ей воду в бутылке из аэрогеля, а Стивенсон осушила ее, скомкала в крохотный шарик и швырнула через плечо. Он упал – медленно, как пылинка на солнце. Толпа завороженно наблюдала. Я в том числе.
– Ладно, хватит показухи. Ну, что будем делать? Спасать планету, понятно, покорять вселенную, ля-ля-ля – а что конкретно? Какие шаги мы должны предпринять, чтобы навести в доме порядок?
Она вскинула руку, и немолодая женщина в форме протянула ей еще одну бутылку, которую она осушила, скомкала и запустила в толпу.
– Шаг первый: взять и навести в этом самом доме порядок. Когда-то Калифорния была Золотым штатом, лучшей площадкой для бизнеса в мире. А что сейчас? Без экологической экспертизы даже посрать нельзя! Лучшие специалисты не хотят приезжать сюда из-за налогов и ограничений, а те, которые хотят, от этих ограничений только выигрывают…
В этот момент я включил камеру и начал прямую трансляцию. Сам не знаю, зачем – просто вариации этой речи я неоднократно слышал от дедушки и его друзей, поэтому догадывался, к чему все идет.
– …но эти люди приходят на все готовенькое. В них нет созидательности. И дело тут не в расе. Ладно, когда мы говорим о Калифорнии, исторически раса играла большую роль, но Флотилия – глобальная коалиция. Наш блокчейн объединяет людей со всего света, а наши предприятия обеспечивают зарплатой и рабочими местами весь мир. Так что дело не в расе. Дело в том, что мы готовы поддерживать начинания, а они – нет. А ведь поддержка важна, как иначе? Только представьте: вы пытаетесь привнести в мир что-то хорошее, а на вас сыплется миллион правил, предписаний и исков: что делать, кого нанимать, кого увольнять… Даже если бизнес выживет в таких условиях, половина прибыли уйдет на налоги. И какой смысл начинать?
Что дальше? А дальше – система, при которой ты не работаешь, а тебе все равно платят. Платят за возню на задворках этого мира, за бесполезное копание на так называемых «зеленых работах», которые делают вид, будто ты что-то меняешь, но в конечном итоге просто тратишь время на ерунду. А не хочешь копаться в земле – и не надо, ведь всегда можно сидеть на жопе ровно и делать вид, будто все замечательно, ведь страна принадлежит коммунистам и геям. Неудивительно, что люди, готовые менять мир, свалили нахрен, а остались только нытики, которым все всё должны – паразиты на теле общества, из поколения в поколение порабощенные собственной притворной беспомощностью.
Так не может продолжаться. Вы сами прекрасно все понимаете. День расплаты наступит. Но это не обязательно плохо. Да, Калифорния выйдет из битвы помятой и расцарапанной, но мы еще можем дать жару. Мы не растеряли своего золота. Дух Калифорнии жив! И давайте начистоту: все здесь прекрасно понимают, что нужно делать. Потому вы и здесь. Калифорнию нужно отвоевать. Взять под контроль наши границы… – Аплодисменты. – Выгнать любителей халявы, которые высосали все соки из своей земли и пришли высасывать их из нашей… – Громкие аплодисменты. – Нужно привести экономику в порядок. Если денег не заработать – их не потратить. Калифорния столько поколений кормила нытиков и лентяев, что это стало нормой. Но калифорнийцев еще можно приучить работать, только для этого нужно пригласить лучших специалистов и создать все условия. Калифорния всегда была огромным рынком труда, и, как только государство перестанет кормить своих граждан с ложечки, рабочих мест станет больше.
Не выдержав, я обернулся к Ане-Люсии, которая слушала это все с сияющими глазами.
– Ты же понимаешь, что она говорит о гарантии занятости – буквально говорит обо мне?
Она шикнула.
– Пора напомнить Калифорнии, что не бывает «государственных» денег…
– Что за бред? – шепнул я Ане-Люсии, и она ткнула меня локтем.
– Есть только деньги, которые государство отбирает у народа налогами. Каждый доллар, потраченный на «бюджетные программы», – воздушные кавычки буквально истекали ядом, – это доллар, который можно было потратить на создание рабочих мест.
Я фыркнул, и Ана-Люсия шикнула:
– Тише! – Да так громко, что спикер ее услышала.
Прервавшись, Стивенсон мило нам улыбнулась.
– Не хотите поделиться с классом?
– Простите, – крикнула Ана-Люсия.
– Ничего, – ответила она, язвительно нам поклонившись.
– Эм, – начал я, потому что рот у меня срабатывал быстрее соображалки.
