— Пал, пал, — довольно захохотал её отец. — Признаться, мы ожидали, что он попросит поленькиной руки, но у штабс-капитана случились неотложные дела, и ему пришлось срочно покинуть Царсколевск. Он такое трогательное прощальное письмо прислал с извинениями и обещаниями непременно явиться по приезде.
Хитер Волков: вывернулся из ловушки и удрал, и в результате его не удалось припереть к стенке мощным поленькиным бюстом. Уверена, теперь на каждое приглашение у него непременно найдётся неотложное дело, мешающее ему нанести визит Свиньиным-Морским до тех пор, пока не объявят о Поленькиной помолвке, а ещё лучше — свадьбе с кем-нибудь другим.
— Так почему вы его не дождались в Царсколевске? — удивился Песцов.
Отец с дочерью переглянулись. Но я могла ответить и без них: Поленька нацелилась на крупную рыбку и не могла позволить, чтобы та сорвалась с крючка. Хотя, как мне кажется, Волков даже не стал заглатывать наживку. Скорее всего, ему нужно было что-то от отца, что удачно замаскировалось «интересом» к дочери.
— Мне кажется не совсем приличным общаться по-русски, в то время как наша гостья его не понимает, — попыталась увести разговор в сторону Поленька.
— О, мисс Мэннинг наши внутренние дела неинтересны, мы же с вами не про певцов говорим, — хохотнул Песцов. — Думаете, ей есть дело, на ком женится Волков, если это никак не отразится на её доходах? Хотя, признаться, я был уверен, что он если и ищет невесту, то в семье из Совета.
— Даже Львовы уже поняли, какую ошибку совершили, объявив о помолвке с Соболевой, — недовольно заметила Поленька. — Какой прок от такой невесты? Магии у неё не больше, чем у её папеньки, а денег и влияния и того меньше.
Она презрительно фыркнула.
— Мы с мисс Мэннинг общались с её тётушкой, — припомнил Песцов. — Ксения Андреевна характеризовала Софью Данииловну, как образец благородной девицы: красивая и с хорошими манерами.
— Сколько там этой красоты? — недовольно фыркнула Поленька. — Тощая как цыплёнок, а на голове своих волос нет, сплошные шиньоны и накладки.
— Не то что у тебя, дорогая, — горделиво поддержал дочь Свиньин-Морской наверняка считавший, что на роль жениха цесаревич подойдёт ещё лучше. Вот только рычагов давления на него куда меньше.
Действительно, Поленькина шевелюра потрясала, если она, конечно, была настоящей. Ибо тот, кто с первого взгляда отмечает чужие шиньоны, вполне может иметь свои. Хотя пышные рыжеватые волосы казались натуральными, я бы даже зуб не дала, что это так: в мире, где властвует магия, чужие волосы и вживить можно, и это будет выглядеть естественней некуда.
— Да, в таком море волос хоть кто утонет, Полина Аркадьевна, — проявил любезность Песцов.
— Хоть кто мне не нужен. — Свиньина-Морская-младшая, пусть и приняла комплимент поощрительной улыбкой, но сразу чётко ограничила зону интересов, чтобы у кавалера не осталось ни малейшего сомнения. — Александр Михайлович Волков вряд ли сыщет себе соперников. В отличие от Соболевой, — тут она скривилась, — действительно красив и хорошо воспитан.
— Такая редкость среди офицеров, — вставил Свиньин-Морской. — Представляешь, Поленька, наша гостья подверглась настоящей атаке со стороны одного из офицеров. Проводник поделился, — пояснил он в ответ на удивлённый взгляд Песцова. — Не каждый день у него в вагоне разворачиваются подобные драмы.
— В самом деле? — неприязненно протянула Полина Аркадьевна, в чьих глазах я теперь выглядела соперницей. — Никогда бы не подумала. Всё же мисс Мэннинг не так уж юна, чтобы из-за неё терять голову. Но что мы всё обо мне и обо мне? — Она позвонила в колокольчик, увенчанный красным атласным бантом, и в гостиную тут же вскочила горничная. — Что там с обедом?
— Всё уже подано.
— Я же сказала, сообщить мне немедленно, как всё будет готово! — заорала Свиньина-Морская-младшая, сведя брови так, что теперь их разделала только грозная вертикальная черта на лбу, отчего горничная побелела, как мел и мелко затряслась. — Бестолочь! Что о нас гости подумают? Не каждый день к нам из-за границы приезжают, а ты нас позоришь. Оштрафована! — И совершенно другим тоном мне: — Мисс Мэннинг, иц тайм ту гоу аут ту диннер.
— Поленька такая талантливая, — умилённо сказал Свиньин-Морской. — Жаль, что нам пришлось расстаться с учительницей английского. Но, действительно, пора обедать. Мисс Мэннинг…
