Наверное, Свиньины-Морские не вовремя оказались вблизи Медведевых, и те вволю потоптались им по ушам. Причём не единожды. Иначе я ничем не могу объяснить неуёмное восхищение отца дочерью. Теперь я даже не удивилась бы, узнав, что Волков действительно планировал жениться, но тут его осчастливили семейным концертом…
В результате душевно травмированный Песцов отказался остаться даже на ужин, мотивируя это тем, что у меня завтра вечером выступление, поэтому хотелось бы выехать пораньше, чтобы иметь возможность полноценно отдохнуть в комфортных условиях. Или удрать, если на горизонте появится Волков — всё-таки наш маршрут был слишком предсказуем.
Как только мы выехали, Песцов попытался разговорить водителя, интересуясь, как часто Свиньина-Морская-младшая устраивает подобные концерты. Спрашивается, зачем ему эта информация? Неужели собирается навещать это семейство, если окажется поблизости? Так договаривался бы сразу на визит в Царсколевске: явно же Поленька прибыла сюда в поисках Волкова и при неудаче вернётся за ним в столицу. Но водитель был кремень: даже не ответил, просто пожал плечами, не отрываясь от дороги. Песцов задал ещё пару вопросов с таким же результатом, потом зевнул и обратился уже ко мне, по-английски:
— Филиппа, нам с вами остаётся только спать, если вы не собираетесь скрасить время беседой со мной. Дорога длинная, ехать часов десять, как сказал Свиньин-Морской.
Водитель чуть наклонил голову, как бы соглашаясь с его словами, что Песцов тут же отметил и знаком показал, что неплохо было бы поставить защиту от прослушивания: водитель хоть был неразговорчив, но не глух, а его знание английского оставалось для нас секретом. Возможно, он говорит куда лучше Поленьки, почему и был с нами отправлен. Вон какая спина подозрительно напряжённая. И фонит от него чем-то этаким, магическим. Правда, фон ничуть не изменился, когда я поставила защиту от прослушивания. Возможно, это у него своё, шофёрское что-то? В любом случае нам есть о чём беспокоиться, помимо случайных слушателей.
— Что мы будем делать, Дмитрий, если Волков нас ждёт в гостинице? — задала я тревожащий меня вопрос. — Он не дурак. На вокзале не перехватил, а конечный пункт известен.
Говорить приходилось громко, почти кричать: очень уж выразительно мотор автомобиля показывал, что работает, надёжно заглушая все остальные звуки.
— Нехорошие вы вопросы задаёте, Филиппа, — пробурчал Песцов. — Может же нам повезти? Вдруг Волков до сих пор преследует те злополучные сани? Мужик там должен был добавить горячительного в ближайшем трактире, после чего наверняка поехал незапланированным маршрутом. Пока Волков его нагонит, пока…
— А зачем ему это, — прервала я компаньона на полуслове, — если он знает, куда мы собрались? Правильней было бы ехать сразу на вокзал, а не в гостиницу.
— Мы не можем отклоняться от маршрута. Зря нам, что ли, Свиньин соглядатая подсунул? Да ещё и со знанием английского… Нет, нам нужно вести себя спокойно, никак не показывать, что мы боимся Волкова и провоцируем его на нападение. А вот когда он появится и начнёт приставать к вам при свидетелях, тогда и настанет время вам исчезнуть, — выдал Песцов тщательно разработанный план. Наверняка размышлял над ним не менее пяти минут, а то и все шесть. — Тогда запросто можно будет обвинить его и в вашем исчезновении, и в срыве концертов.
Думаю, для Песцова второе даже принципиальней, поскольку позволяет его антрепренёрской репутации остаться незапятнанной. Почти незапятнанной, так как должной защиты подопечной организовано не было. С другой стороны, Песцов Волкову не противник, это любой признает.
— Я вот одного не понимаю, — раздражённо сказала я, припомнив, с каким трудом ко мне вырвался Николай. Всего один раз вырвался. — Где это видано, что офицеры разъезжают по всей Российской империи, в то время как должны находиться на службе? У него вечный отпуск?
— Скорее, выданное предписание, что может действовать самостоятельно на благо империи.
— Где же на благо империи? На своё собственное благо, — проворчала я. — Может, донос на него напишем, а, Дмитрий? Почему он пристаёт к мирным певицам в то время, как должен стоять на страже Родины? А что будет, если все офицеры возьмут с него пример? Бардак в армии?
— Всенепременно, — Песцов подмигнул. — Как только мисс Мэннинг пропадёт, я всё это укажу в заявлении.
Темнело быстро, прямо-таки на глазах. Невольно подумалось, что где-то там бегают стаи волков, которые проще простого натравливать на одиноких путников. Столь примитивный автомобиль, дёргающийся и поскрипывающий при движении, не казался надёжной защитой от возможных нападений.
— А артефакт, отпугивающий волков, в машине предусмотрен? — нервно спросила я.
— Разумеется. Это первое, что я узнал у Свиньина. Да ещё попросил, чтобы при мне проверили, — снисходительно бросил Песцов. — А вот скажите-ка мне лучше, мисс Мэннинг, чем вас так заинтересовала фамилия офицера, склонность к которому приписывают Великой княжне?
